На карте Центральной Азии есть место, которое природа будто специально спрятала от посторонних глаз. Это Памир — суровый горный край, где небо подпирают вершины-семитысячники, а воздух настолько прозрачен, что расстояния обманывают глаз.
Здесь, на высотах от двух до семи тысяч метров, веками живет народ, о котором до XX века почти ничего не знали. Их называли «горными таджиками», путали с персами и узбеками. Но памирцы — это особый мир. Европеоидные лица, голубые глаза, пестрый калейдоскоп языков и религия, которую суровые соседи-сунниты не признают за истинный ислам.
Европейцы в сердце Азии
Памирцы не попадают в мировые новости. Они не борются за независимость, не создают вооруженных формирований, не штурмуют административные здания. Это мирные люди, привыкшие к изолированной жизни в горах Памира и Гиндукуша. Их историческая родина — Бадахшан, область, разделенная сегодня между Таджикистаном, Афганистаном, Китаем и Пакистаном.
Сами памирцы — не единый народ, а целый букет родственных этнических групп. Северные памирцы — это шугнанцы (самые многочисленные, более 100 тысяч человек), рушанцы (почти 30 тысяч), сарыкольцы (около 25 тысяч) и немногочисленные язгулямцы. Южные памирцы представлены в первую очередь ваханцами (примерно 70 тысяч), а также ишкашимцами, сангличцами и мунджанцами.
Все они относятся к памиро-ферганской субрасе — самой восточной ветви европеоидной расы. Антропологи не устают удивляться: среди памирцев много светловолосых и голубоглазых людей. У них продолговатые лица с прямыми носами и большими глазами. Если и встречаются брюнеты, то со светлой кожей. А вот типичный «восточный» разрез глаз здесь — большая редкость.
Ученые считают, что к памиро-ферганскому типу ближе всего жители европейских Альп и Средиземноморья. Как так получилось, что европейцы оказались в самом сердце Азии? Ответа до сих пор нет.
Языки и вера: соседи не признают
Памирцы говорят на языках восточно-иранской группы индоевропейской семьи. Их ближайшие лингвистические родственники — это не таджики и не персы, а… скифы. Да, те самые легендарные кочевники, которые в VII–IV веках до нашей эры создали огромную империю от Крыма до Южной Сибири.
Сегодня для межнационального общения памирцы используют таджикский язык, на нем же ведется обучение в школах. В Пакистане их родные языки постепенно вытесняет урду, в Китае — уйгурский. Еще немного, и уникальное лингвистическое наследие может исчезнуть навсегда.
Но, пожалуй, главное, что отличает памирцев от всех соседей, — это религия. В I тысячелетии до нашей эры они, как и другие ираноязычные народы, исповедовали зороастризм. Затем, через Великий шелковый путь, сюда пришел буддизм. А в XI веке в этих краях случилось судьбоносное событие.
В Бадахшан бежал от преследования мусульман-суннитов знаменитый персидский поэт и философ Насир Хосров (1004–1088). Он стал духовным лидером местного населения и обратил памирцев в исмаилизм — особое шиитское течение, впитавшее в себя буддийские и индуистские мотивы. С тех пор вот уже тысячу лет памирцы остаются исмаилитами, что делает их чужаками в глазах соседей-суннитов.
Разница — колоссальная. Исмаилиты молятся всего два раза в день, тогда как таджики и узбеки делают это пять раз. Памирцы не соблюдают пост в священный месяц Рамадан. Их женщины не носят паранджу. Мужчины позволяют себе пить самогон — кто из правоверных мусульман это одобрит?
Соседние народы до сих пор не причисляют памирцев к «настоящим» мусульманам. А сами памирцы, кажется, не сильно расстраиваются по этому поводу.
Тайна происхождения
Откуда же взялись эти голубоглазые европейцы в азиатских горах? Однозначного ответа нет до сих пор.
Одна из самых романтичных версий: памирцы — потомки древних ариев, которые во время великого переселения индоевропейских народов осели в горах, отказавшись идти дальше. Теоретически это возможно. Прародина индоевропейцев находилась где-то в степях Евразии, и часть кочевников вполне могла уйти на юг — в Памир. Но вот беда: никаких исторических доказательств этой версии не существует.
Большинство специалистов склоняются к другой теории. Памир — это не единый народ, а конгломерат племен, которые переселялись сюда отдельно друг от друга в разное время. Все они были восточными иранцами, родственниками скифов и саков.
Ситуация прояснилась, когда ученые рассмотрели несколько волн миграции.
Первыми, в VII–VI веках до нашей эры, на высокогорье начали заселяться сакские племена. Предки ваханцев пришли с востока — из Алайской долины. Ишкашимцы — с юго-запада. А мунджанцы после лингвистических исследований оказались… остатками бактрийской общности, уцелевшими в горной изоляции.
Вторая волна сакской миграции породила северных памирцев — шугнанцев, рушанцев и язгулямцев — которые пришли в Бадахшан с запада, по реке Пяндж. Наконец, сарыкольцы перебрались на территории, входящие сегодня в китайский Синьцзян.
Все эти миграции завершились к началу нашей эры. С тех пор памирцы живут там, где живут. Почти без внешних контактов.
Между Россией и Британией
Долгое время памирцам никто не мешал. Через их земли проходил Великий шелковый путь — купцы меняли рубины и лазурит на ткани, ножи, топоры и домашнюю утварь. Завоеватели приходили и уходили: тюркские племена, арабы, монголы, персидские династии Сасанидов и Тимуридов. Но никто из них не оставался в высокогорье надолго. Править горсткой разрозненных племен, затерянных среди ледников и перевалов, было слишком хлопотно.
Все изменилось в XIX веке, когда Российская и Британская империи начали «Большую игру» — борьбу за влияние в Центральной Азии. Англичане опасались, что русские войска через Памир прорвутся в Индию — жемчужину Британской короны. Русские, в свою очередь, не хотели уступать ни пяди.
В 1895 году стороны официально установили границу между Афганистаном (британский протекторат) и Бухарским эмиратом (русская сфера влияния). Решили просто: разделили земли по реке Пяндж. Ваханский коридор отошел к Афганистану. Ни Москва, ни Лондон не думали о судьбе памирских народов, оказавшихся буквально разрезанными на части.
Позже там же прошла граница СССР. А затем — границы независимых государств, возникших после развала Советского Союза.
Сегодня единый этнос живет в четырех странах. В Таджикистане (Горно-Бадахшанская автономная область), в Афганистане (провинция Бадахшан), в Китае (Ташкурган-Таджикский автономный уезд в Синьцзяне) и в Пакистане (северные районы Гилгит-Балтистан).
Языки памирцев последовательно вытесняются государственными. Будущее уникальной культуры под вопросом.
Пять столбов и божественная геометрия
Даже в быту памирцы отличаются от соседей. Их традиционное жилище (чума) — это не просто дом, а отражение мироздания. Каждый элемент здесь имеет символическое значение.
Опорой служат пять деревянных столбов. Их называют в честь мусульманских святых: Мухаммед, Фатима, Али, Хусейн и Хасан. Столбы разграничивают мужскую и женскую спальни, кухню, гостиную и молитвенную зону. А четырехступенчатый свод традиционного жилища символизирует четыре природные стихии: огонь, землю, воду и воздух.
Жизнь памирцев веками была патриархальной. Раньше они жили большими семьями: все родственники вели совместное хозяйство, беспрекословно подчиняясь старейшине. Сегодня на смену мини-общинам пришли обычные моногамные семьи.
Любопытная особенность: у памирцев распространены браки между двоюродными братьями и сестрами. Причина — вовсе не в древних традициях. Все гораздо прозаичнее: так проще избежать выплаты крупного калыма (выкупа за невесту) из другого рода.
Еще одна неожиданность: несмотря на сильное влияние ислама, браки у памирцев матрилокальные. После свадьбы молодые поселяются не у родителей мужа, как у большинства народов Востока, а в доме родителей невесты.
Рацион и образ жизни
Традиционные занятия памирцев — земледелие и животноводство. На высокогорье разводят коров, овец, коз, лошадей и ослов. Скот дает мясо, молоко, шерсть — без этого здесь не выжить.
Но памирцы всегда славились и как ремесленники: обрабатывали шерсть, ткали, лепили глиняную посуду, делали ювелирные украшения. А еще они умелые охотники — в горах без этого навыка тоже никуда.
Рацион памирцев прост и суров. Пшеничные лепешки. Овечий сыр. Домашняя лапша. Овощи и бобовые. Фрукты и грецкие орехи — то немногое, что может вырасти в этом климате. Бедный памирец пьет чай с молоком. Богатый — добавляет в пиалу еще и немного сливочного масла.
Лакомство, которое сегодня показалось бы странным, для памирца — признак достатка.
Победили без борьбы
Памирцы — один из самых загадочных народов Евразии. Европейские лица среди азиатских гор. Древние восточно-иранские языки, исчезающие под напором урду и уйгурского. Религия, которую соседи не считают «правильной». И разделенная между четырьмя государствами судьба.
Они не воюют за независимость и не требуют освобождения. Они просто живут в горах — как жили их предки две тысячи лет назад. Пасут скот. Сеют ячмень. Пьют чай с маслом. И молятся два раза в день, а не пять.
Может быть, в этом умении сохранять себя, не вступая в борьбу, и заключается главная загадка памирцев.
