06/08/22

Почему Ельцин отказался принимать «ядерный чемоданчик» у Горбачева

«Ядерный чемоданчик» неотступно следует за главами страны с 1984 года. Тогда его носили за Константином Черненко. Потом Черненко передал «чемоданчик» Михаилу Горбачеву. А вот Борис Ельцин на процедуру передачу «ядерной кнопки» не явился.

«Чемоданчик» в советские годы

«Ядерный чемоданчик», который до сих пор неизменно следует за президентом России, был создан в СССР начале 1980-х годов. «Чемоданчик» представляет из себя систему конференц-связи «Казбек», которая предназначена прежде всего для оповещения высшего руководства страны о ракетно-ядерном нападении. Только после этого «ядерный чемоданчик» приводится в рабочий режим и с него можно отдать приказ об ответном ядерном ударе. По сути «чемоданчик» является портативным терминалом системы управления радиолокационных станций, приводящим в действие ядерный арсенал государства.

В 1983 году, то есть всего за несколько месяцев до своей смерти, «ядерный чемоданчик» успел освоить Генеральный секретарь ЦК КПСС Юрий Андропов. Однако первым руководителем Советского Союза, которого стали сопровождать офицеры с «ядерным чемоданчиком» оказался в 1984 году Константин Черненко. В полном же объеме работа началась лишь при Михаиле Горбачеве. Тот с интересом ознакомился с новой техникой, хотя в детали и не вникал. Впрочем, некоторые утверждали, что Горбачев никогда не подходил к «чемоданчику» близко и вообще никакого интереса к нему не проявлял. Он, мол, ни разу не нажал на кнопку, даже тренируясь.

Отставка президента СССР

По-настоящему серьезное отношение к «ядерному чемоданчику» началось при Борисе Ельцине. Правда, этому предшествовала весьма любопытная история. 25 декабря 1991 года Михаил Горбачев выступил по телевидению с заявлением о том, что он прекращает свою деятельность на посту президента СССР. Горбачев сказал, что не сомневается в правоте начатых им в 1985 году демократических реформ. За это время, по его словам, была ликвидировала тоталитарная система, появились свободные выборы и многопартийность, было покончено с холодной войной, остановлена милитаризация страны, снята угроза холодной войны. Горбачев отметил, что уходит со своего поста с тревогой.

После того, как Михаил Сергеевич зачитал обращение к соотечественникам, ему оставалось только передать «ядерный чемоданчик» Борису Ельцину. Как пишет в своей книге «Советский Союз. Последние годы жизни» Рой Медведев, дав короткое интервью, Горбачев вернулся в свой кабинет для передачи «чемоданчика», но в приемной его ожидал лишь министр обороны Евгений Шапошников. Ельцина поблизости не было. Оказалось, что во время трансляции сообщения Горбачева об отставке Борис Николаевич набрал номер Шапошникова и сказал, что принять у бывшего президента СССР «ядерный чемоданчик» маршал сможет и сам. Идти к Горбачеву даже для столь важного акта Ельцин отказался.

Все дело в речи

Историк Сергей Плохий, автор издания «Последняя империя», утверждает, что Борис Ельцин не желал встречаться с Михаилом Горбачевым потому, что его разозлила речь президента СССР. Ельцин даже выключил телевизор, так и не досмотрев трансляцию до конца. Дело в том, что, если верить речи Горбачева, то все лавры за демократизацию страны доставались исключительно ему. Мало того, по мнению биографа Уильяма Таубмана, Михаил Сергеевич ни разу не упомянул в своем выступлении Ельцина и даже косвенно выразил несогласие с ним. К примеру, Горбачев сказал, что решение о расчленении страны должно было приниматься «на основе народного волеизъявления».

После таких слов Горбачева Борис Ельцин не хотел даже переступать порог его кабинета. После разговора Михаила Сергеевича с Шапошниковым Ельцин предложил встретиться на нейтральной территории – в Екатерининском зале Большого Кремлевского дворца. Горбачев же ответил, что ноги его там не будет. Зал предназначался для принятия иностранных делегаций. Да и вообще Горбачев не желал исполнять приказы Ельцина. Проблему решил Шапошников. Встреча президентов состоялась в одном из коридоров Кремля. При этом конкуренты друг друга не видели: просто одни офицеры передавали аппаратуру, а другие ее принимали, отдавая друг другу честь.