В российской топонимике есть несколько устойчивых аномалий, к которым привыкли настолько, что их перестали замечать. Одна из самых показательных — сосуществование Санкт-Петербурга и Ленинградской области. Город вернул себе историческое имя больше тридцати лет назад, а область вокруг него — нет. И дело здесь не в чьей-то забывчивости или бюрократической нерасторопности.
Город и область: два разных решения
Шестого сентября 1991 года указом Президиума Верховного Совета РСФСР Ленинграду было возвращено историческое название Санкт-Петербург. Решение далось непросто: ещё в 1990 году инициатива депутата Натальи Фирсовой была отклонена председателем Ленсовета Анатолием Собчаком, сославшимся на дороговизну процедуры и необходимость уважать мнение блокадников. Против выступал и Михаил Горбачёв, заявлявший, что имя Ленина «выразило волю народов всей страны».
В апреле 1991 года прошёл опрос горожан: 54% участников высказались за возвращение имени Санкт-Петербург. Большинство оказалось не слишком убедительным — почти половина голосовавших хотела сохранить Ленинград. Но этого хватило, чтобы политическое решение было принято.
Ключевой момент: Ленинград и Ленинградская область были отдельными территориями с собственными органами власти. Решение городского Ленсовета и голоса ленинградцев распространялись только на город. Область сохранила прежнее название — Ленинградская.
Правовой тупик: почему «автоматически» не сработало
Может показаться странным: город переименовали, а область — нет. Но с точки зрения административного устройства всё логично. Ленинградская область была и остаётся самостоятельным субъектом федерации. В 1991 году у неё был свой Совет народных депутатов, на заседаниях которого вопрос о переименовании никогда не поднимался.
Депутат Ленсовета 21-го созыва Леонид Романков прямо говорил: вопрос о переименовании области не попал в повестку дня потому, что в регионе позиции коммунистов были куда сильнее, чем в Северной столице. Дмитрий Солонников, член ассоциации краеведов Ленинградской области, подтверждает: «В области тогда был свой Совет народных депутатов, на заседаниях которого никогда не поднимался вопрос о переименовании области».
Правовая процедура, которая действует и сегодня, закреплена в статье 137 Конституции РФ. Согласно постановлению Конституционного Суда от 28 ноября 1995 года № 15-П, изменение наименования субъекта РФ относится к исключительному ведению самого субъекта. Решение принимается в порядке, установленном законодательством региона, и лишь затем новое название включается в статью 65 Конституции указом Президента. Никакого «автоматического» переименования вслед за городом быть не могло — требовалась отдельная инициатива областных властей, которой не последовало.
Память о блокаде как аргумент
Есть и другая версия, которую разделяют многие краеведы и общественные деятели: сохранение названия Ленинградской области — это способ почтить память о подвиге жителей во время блокады в Великую Отечественную войну. Ленинградская область, значительная часть которой была оккупирована, а сам город пережил почти 900 дней блокады, сохранила имя, ставшее символом стойкости.
Эта логика не лишена оснований. Для многих жителей области — особенно старшего поколения — слово «Ленинградская» связано не с советской идеологией, а с конкретной историей выживания и сопротивления. Переименование в «Санкт-Петербургскую» ощущалось бы как стирание этой памяти.
Деньги и политическая воля
Финансовый фактор тоже сыграл свою роль. Переименование Куйбышева в Самару в 1990 году стоило около 66,7 млн рублей по курсу того времени. Для Ленинградской области, которая и в 1990-е, и сейчас остаётся дотационным регионом, такие расходы выглядели неоправданными. Романков, впрочем, уверял, что Петербургу смена названия «обошлась» сравнительно недорого, но для области речь шла о другой сумме.
Губернаторы Ленинградской области последовательно выступали против переименования. Валерий Сердюков в 2007 году заявлял, что область не планирует менять название, и отмечал: «Ленинградская область 80 лет просуществовала и ещё 80 будет существовать». Александр Дрозденко в более поздних интервью говорил, что подобные изменения не могут проистекать из волюнтаризма.
Почему это не изменится
Спустя тридцать с лишним лет вопрос о переименовании Ленинградской области практически сошёл с повестки. Референдумов по этому поводу не проводилось и не планируется. Область давно живёт с этим названием — в документах, на картах, в официальных наименованиях. Устав Ленинградской области, принятый в 1994 году, закрепил её статус как субъекта РФ без каких-либо оговорок о возможной смене имени.
Более того, в 2023 году Гатчина официально получила статус административного центра области. Это решение, скорее, закрепляет существующее положение вещей, а не создаёт предпосылки для топонимических реформ.
Есть и более глубокая причина. Россия вообще редко переименовывает целые регионы. Возвращение исторических имён коснулось городов — Санкт-Петербурга, Твери, Нижнего Новгорода, Екатеринбурга, Самары. Но области остались с советскими названиями: Ленинградская, Свердловская. Это не случайность, а результат того, что региональные элиты не видели в переименовании политической или символической выгоды. А без их инициативы процедура невозможна.
Заключение
История с Ленинградской областью — это не просто топонимический курьёз. Это напоминание о том, что административные границы и названия — не абстракция, а результат конкретных политических решений, принятых в конкретный момент. В 1991 году у области не было ни желания, ни воли, ни ресурсов менять название. С тех пор ситуация только закрепилась.
Санкт-Петербург и Ленинградская область сосуществуют уже больше тридцати лет — с разными именами, но общей историей. И, похоже, это несоответствие никого особенно не смущает. А значит, оно, скорее всего, сохранится и дальше.
