21/10/20
Как начальник немецкого генштаба пытался остановить штурм Берлина

Алексей Исаев, автор книги «Разгром 1945. Битва за Германию», не зря называет Ганса Кребса «тёмной лошадкой». Кребс был специалистом по СССР, мог говорить по-русски, а в 1930-х годах даже проживал в Москве. В 1945 году он сменил «блестящего» Гудериана на посту начальника генерального штаба сухопутных войск. Впрочем, на этой должности Кребс пробыл недолго.

Специалист по России

Как пишет Валерий Замулин в своей книге «Курск-43. Как готовилась битва титанов», Ганс Кребс родился в 1898 году в Хельмштадте. Свою военную карьеру Кребс начал строить довольно рано: 16-летним юношей он ушёл добровольцем на Первую мировую войну. Судя по всему, Ганс воевал неплохо, потому как домой он вернулся с Железным Крестом 2-го класса. Неудивительно, что после окончания войны Кребс решил продолжить службу в армии Веймарской республики. Если верить Константину Залесскому, автору издания «"Элита" Гитлера во Второй мировой. Кто был в Третьем рейхе», Ганс Кребс окончил секретные курсы офицеров генштаба, а в 1930 году уже в звании капитана занимал должность референта отдела боевой подготовки.

С октября 1932 года Кребс служил в отделе Иностранных армий. Это назначение было отнюдь не случайным. Как утверждает Алексей Исаев, автор издания «Разгром 1945. Битва за Германию», Ганс владел русским языком и вообще считался специалистом по России. Не зря чуть позже Кребс стал помощником германского военного атташе и некоторое время проживал в Москве. Он был лично знаком со многими высокопоставленными советскими чиновниками и военачальниками, в частности с Жуковым и Сталиным. Последний, если верить Корнелиусу Райану, автору книги «Последняя битва. Штурм Берлина глазами очевидцев», после подписания пакта о русско-японском нейтралитете даже обнял Кребса со словами: «Мы всегда будем друзьями».

«Угодливый» штабист

В Москве Ганс Кребс находился почти до начала Великой Отечественной войны. Валентин Пикуль в своей книге «Барбаросса» упоминал о том, что уже полковник Кребс присутствовал на известном первомайском параде 1941 года, после которого он, впрочем, как и другие работники посольства Германии, предпочёл удалиться на родину. Некоторое время Кребс пребывал в резерве, однако в январе 1942 года он был возвращён в армию, и подъём по карьерной лестнице продолжился. По мнению Алексея Исаева, Ганс Кребс был отличным штабистом. Это наверняка видели и остальные, потому что он сразу был назначен начальником штаба 9-й армии. Позже Кребс стал начальником штаба группы армий «Центр», за что и удостоился Рыцарского креста.

В 1944 году 46-летний Кребс получил звание генерала пехоты. По немецким меркам, он был одним из самых молодых генералов в армии. А в марте 1945 года Ганс Кребс стал начальником генерального штаба сухопутных войск, сменив на этом посту Хайнца Гудериана. Примечательно, что Ханс Якобсен и Алан Тайлор, авторы издания «1939-1945. Вторая мировая война: хроника и документы», считающие Гудериана «блестящим», Кребса называют всего лишь «угодливым». Как бы то ни было, это назначение оказалось для него последним.

Переговорщик и самоубийца

Как утверждает автор книги «Сталин. "Посредственность", изменившая мир» Владимир Кузнечевский, благодаря тому, что Ганс Кребс являлся начальником генерального штаба, а также тому, что он довольно неплохо владел русским языком, именно ему и выпала честь вести переговоры с советскими войсками, штурмовавшими Берлин. 1 мая 1945 года Кребс прибыл в расположение Василия Чуйкова, но получил от русского военачальника категорический отказ касательно перемирия. Кребс вернулся в бункер Гитлера ни с чем. На вопрос Геббельса, что же теперь делать, Кребс ответил: «Стреляться!»

После этого Йозеф Геббельс и его супруга, как известно, убили своих детей, а затем покончили с собой. Гитлер к тому моменту уже был мёртв, о чём, кстати, Кребс также сообщил советской стороне. Гансу Кребсу ничего не оставалось, как последовать за своими «коллегами». Если верить Алексею Исаеву и Артёму Драбкину, авторам издания «22 июня – 9 мая. Великая Отечественная война», Кребс свёл счёты с жизнью в тот же день, 1 мая 1945 года, в одной из комнат фюрербункера.