Почему вермахт проигрывал рукопашную: как советская сапёрная лопатка стала символом ближнего боя

Сапёрную лопату придумал датский офицер, а первыми заточили её немцы на Западном фронте Первой мировой ещё в 1916 году. К 1941 году вермахт знал о ней всё — и всё равно раз за разом проигрывал рукопашную в окопах и сталинградских подвалах.

Датское изобретение

Малая пехотная лопата, которую у нас называют сапёрной, придумана не в России. В 1869 году датский офицер Мадс Линнеман запатентовал короткую лопату с прямоугольным лезвием, которую солдат мог носить на поясе и которой можно было окопаться лёжа. Русская армия закупила её одной из первых — ещё в 1870-х, и во время русско-турецкой войны 1877–1878 годов она уже стояла на вооружении. Отсюда в старых наставлениях название «линнемановская лопата».
Германия завела такую же почти одновременно. Немецкий Spaten образца 1874 года — та же линнемановская схема: короткий черенок, стальное полотно, чехол на поясе. К Первой мировой обе армии копали практически одинаковыми лопатами. Советская МПЛ-50 — это всё та же конструкция: общая длина около 50 сантиметров, полотно примерно 15 на 18, вес около 800 граммов. Пятиугольный, с заострённым носом, вариант лезвия позволял и рыть, и рубить.
Иными словами, никакого особенного «русского оружия» не существовало. Было общеевропейское шанцевое орудие, у которого в окопной войне обнаружилось второе применение.

Первая мировая: обе стороны точили лопаты

Первыми заточили лопаты не русские и не немцы, а все сразу. В 1915–1916 годах на Западном фронте траншейные рейды превратились в ремесло. Винтовка со штыком в тесном ходе сообщения длиной была под два метра и застревала в стенках. Штурмовые группы брали с собой гранаты, пистолеты, дубинки, кастеты, ножи и лопаты с заточенной кромкой. Эрнст Юнгер в «В стальных грозах» описывает именно такой набор у немецких ударных отрядов. Лопата весом в полкило на вытянутой руке бьёт как короткий топор, причём замах у неё из любого положения, а не только сверху.
Немецкая армия сама отработала этот приём и знала ему цену. Так что в 1941 году вермахт встретился не с незнакомым оружием, а с собственным опытом, обращённым против него.

Чему учили в Красной армии

Разница между сторонами была не в лопате, а в том, кто её держал и насколько всерьёз готовился к рукопашной.
В Красной армии ближнему бою придавали большое значение. «Наставление по подготовке к рукопашному бою» 1938 года и «Наставление по физической подготовке» 1939 года включали приёмы со штыком, ножом и малой лопатой — удары, защиту от штыка, работу в паре. В 1941 году вышло переработанное «Руководство по подготовке к рукопашному бою», где лопата так же присутствовала. Солдата учили не изобретать на месте, а бить по заученной схеме: отбил винтовку противника лезвием, ударил в шею или по кисти.
Вермахт готовил пехотинца иначе. Штык в немецкой армии к началу войны считался скорее церемониальным, чем боевым: короткий штык-нож к карабину 98k редко примыкали вообще. Немецкая доктрина делала ставку на огонь и дистанцию — пулемёт MG-34 как ядро отделения, миномёты, артиллерия. Сближаться с противником вплотную немецкий пехотинец должен был уже после того, как огонь сделал за него основную работу. Когда этого не получалось — а под Москвой, Ржевом, Сталинградом не получалось постоянно, — он оказывался в чужой игре.

Сталинград: война в комнатах

Сталинград дал лопате главный шанс. Командующий 62-й армией Василий Чуйков в книге «Сражение века» описал тактику штурмовых групп: малые отряды, которые ночью врывались в дом, дрались за каждый этаж и каждую комнату. Их оружие Чуйков перечисляет сам: автоматы, гранаты, ножи и сапёрные лопаты. На дистанции в два-три метра винтовка со штыком бесполезна, автомат с длинным рожком задевает за косяки, а лопата работает как положено.
Немцы назвали это «Rattenkrieg» — крысиная война. Слово запомнили, потому что оно точно описывало чувство: противник появляется из подвала, из пролома в стене, из-за угла, и всё происходит на расстоянии вытянутой руки. В ноябре 1942 года вермахт учредил специальную награду — Nahkampfspange, пряжку за ближний бой. Её давали за документально подтверждённые дни рукопашных схваток. Сам факт, что награду понадобилось вводить в разгар Сталинграда, показывает, насколько ближний бой стал массовым и насколько тяжёлым его считало командование.

Почему именно лопата

У малой пехотной лопаты в рукопашной есть несколько преимуществ. Она всегда под рукой. Солдат окапывается ежедневно, и лопата висит у него на поясе в любой момент, в отличие от ножа, который надо достать, или штыка, который надо примкнуть. При внезапном столкновении в окопе она оказывается в руке быстрее всего.
Она бьёт на средней дистанции. Нож работает на расстоянии вытянутой руки, винтовка со штыком — за полтора-два метра. Лопата закрывает промежуток: рука плюс полметра черенка. В окопе и в комнате это ровно та дистанция, на которой противник вдруг оказывается.
Она рубит. Удар ребром полотна даже без заточки ломает ключицу и кисть, заточенная кромка режет. Этого достаточно, чтобы вывести человека из боя, а большего в рукопашной не требуется.
Она защищает. Полотном можно парировать удар штыка, подставив сталь, — приём, который в советских наставлениях шёл одним из первых.
Для немецкого солдата, обученного стрелять, а не рубиться, встреча с человеком, которого два года учили работать лопатой по схеме, была встречей с тем, к чему его не готовили.