Последнее желание: о чем мог попросить приговорённый к расстрелу в СССР

Власти царской России были более милосердны к смертникам, нежели советский режим. Им позволялось исповедаться и причаститься перед смертью. В стране Советов смертные приговоры стали осуществляться в кратчайшие сроки, без каких-либо «приготовлений» к переходу в мир иной. Исключения случались крайне редко.

Помилование

В 1930-е годы, в разгар сталинских репрессий приговоренному к смертной казни давали трое суток на то, чтобы подать ходатайство о помиловании. В основной массе такие просьбы не удовлетворялись. Прошения о помиловании подавали, в частности, революционеры Григорий Зиновьев и Лев Каменев, осужденные по делу «Троцкистско-зиновьевского центра». Они были рассмотрены ЦИК СССР немедленно и оба отклонены. Заключенных расстреляли через день после вынесения приговора.

Во время правления Хрущева и Брежнева осужденным на смерть давали больше времени на то, чтобы написать просьбу о помиловании. По воспоминаниям Х. М. Юнусова – бывшего руководителя тюрьмы УА-38/1 МВД Азербайджанской ССР, где неоднократно приводили в исполнение приговоры о высшей мере, смертникам не сообщали, что их ведут на расстрел, но многие догадывались. Нередко смерть наступала от разрыва сердца на пороге расстрельной камеры.

Передачи и прогулки смертникам были запрещены. Питались они «из общего котла» с другими заключенными. По свидетельству Юнусова, прибывшему в тюрьму сообщалось о его праве подать прошение о помиловании. Впоследствии бумага отправлялась по инстанциям: сначала в Верховный совет республики, а потом СССР. Пока ждали ответа на ходатайство, заключенного не расстреливали.

Последняя сигарета

Существовал спецприказ МВД СССР, согласно которому смертники должны были содержаться в одиночных камерах. Делалось это с целью предупреждения различных эксцессов. Когда мест не хватало, могли посадить по два человека в камеру. Родственники могли посещать приговоренных только с разрешения председателя Верховного суда. Свидания предоставлялись лишь в исключительных случаях.

Верующим людям предоставлялась возможность молиться. Однако пользовались этой привилегией немногие. В эпоху тотального атеизма к богу обращались единицы. В день расстрела существовало право последнего желания перед смертью. Простые просьбы, например, выкурить последнюю сигарету, как правило, выполнялись.

Предписание запрещало передавать родственникам личные вещи расстрелянного. Однако если речь шла о фотографии, которую сын просил передать своей матери, инструкцией могли пренебречь. Интересно, что заболевших смертников в СССР не расстреливали. Им предоставляли медицинскую помощь и лечили до выздоровления.