Презренные полицаи: за что фашисты расстреливали собственных пособников

Они были нужны. Без них оккупационный режим не продержался бы и месяца. Но их презирали. Презрение это порой доходило до пуль. Парадокс, о котором сегодня почти не говорят: немецкие солдаты, уничтожавшие целые деревни, становились «заступниками» русских — когда речь заходила о наказании полицаев.

Инструмент, который не уважали

25 июля 1941 года Генрих Гиммлер подписал приказ о создании вспомогательной полиции из местных жителей. Оккупанты столкнулись с неожиданной проблемой: советская милиция ушла в Красную армию и партизаны, поддерживать порядок было некому. Полицаи требовались для всего: борьбы с партизанами, охраны тылов, «окончательного решения еврейского вопроса» и даже тушения пожаров.

Особенно много коллаборационистов вербовали в лагерях военнопленных. Для многих это был единственный шанс выжить.

Но немцы к своим помощникам относились… как к грязи под ногтями. И причины тому были веские.

Отбросы общества

Оккупанты быстро поняли, что в полицаи идут отнюдь не лучшие представители народа.

Историки Дмитрий Жуков и Иван Ковтун в фундаментальном труде «Полицаи: история, судьбы и преступления» приводят современников: в ряды коллаборационистов стекались «отщепенцы из числа забулдыг, преступников», всякие «проходимцы, которым все равно кому служить, лишь бы иметь возможность грабить и пьянствовать».

Эта оценка подтверждается архивными материалами. Рассекреченные уголовные дела полицаев, хранящиеся в Пермском архиве социально-политической истории, рисуют схожую картину: многие шли служить оккупантам из корыстных побуждений — ради самогона, возможности грабежа, безнаказанности.

Среди полицаев были бывшие уголовники, люди с темным прошлым. Немцы, при всей своей человеконенавистнической идеологии, брезговали таким «контингентом». Предатели не ценятся даже теми, на чью сторону перешли.

К 1943 году немецкие коменданты уже требовали вербовать мужчин с «твердым характером, на которых можно иметь надежду и доверять». Но таких становилось все меньше.

«Орднунг», который пришлось наводить

Полицаи, чувствуя безнаказанность, творили зверства, которые бесили даже эсэсовцев. Они грабили, пили, издевались над местными — и тем самым настраивали население против оккупантов.

В фольклоре и устных рассказах об оккупации сохранился любопытный сюжет: «добрые» немцы наказывают «злых» полицаев за бесчинства. Это не оправдание нацизма, а историческая реальность — немцы действительно не раз расстреливали собственную «вспомогательную полицию» за дисциплинарные проступки.

Один из ярких случаев описал русский эмигрант И. Белоусов. Группа полицаев, прикрываясь поиском партизан, устроила грабеж в соседнем селе. Пьяные, с «трофеями» они собрались уезжать. Прибыло гестапо. Отобрали награбленное и расстреляли всех.

Житель Рыльска Н.Н. Чалых вспоминал другой случай: полицай Горбунов от радости, что родился сын, в пьяном виде открыл стрельбу, переполошив немцев. Те арестовали его, избили и посадили в тюрьму — отпустили только через три дня по мольбам его сына, тоже полицая.

Но самое показательное — расстрел троих полицаев в январе 1942 года в Великих Луках. Их казнили за то, что они «не слишком активно участвовали в бою против партизан». Трусость в глазах немцев была хуже воровства.

Почему они не ушли с немцами

Интересный факт: лишь немногие полицаи отступали с вермахтом на Запад. Большинство либо переходило к партизанам, либо старалось затеряться в мирной жизни.

Те же полицаи, кому удалось спастись, позже жестко критиковали немцев за их отношение к коллаборационистам. Власовцы, к примеру, были убеждены, что именно пренебрежение к русским «помощникам» стоило нацистам победы. Если бы немцы относились к ним как к равным, рассуждали они, Красную армию удалось бы разбить.

Проверить это так и не удалось. До самого конца войны немцы смотрели на полицаев сверху вниз — и наказывали их так же жестоко, как и «недочеловеков», которых те помогали уничтожать.