Уже почти столетие в разных исторических трудах цитируется соглашение, заключённое белогвардейским «правителем юга России» генерал-лейтенантом бароном Петром Врангелем с правительством Франции. По нему Крым, а также те области Украины и юга России, которые планировал занять Врангель со своей армией, на долгое время поступали в эксплуатацию и полное распоряжение французского капитала. Это служит основанием для тяжких обвинений «чёрного барона» в том, что он якобы продал Франции Крым и весь юг России за помощь оружием против большевиков.
Однако до сих пор никто так и не смог указать тот документ, которым это положение устанавливалось. Так было ли вообще это соглашение?
Содержание «соглашения»
Договор Врангеля с Францией якобы предусматривал:
- Признать все обязательства России и её городов по отношению к Франции с приоритетом и уплатой процентов на проценты.
- Франция конвертирует все русские долги и новый 6,5%-ный заём, с частичным годовым погашением, на протяжении 35 лет.
- Уплата процентов и ежегодного погашения гарантируется:
- передачей Франции права эксплуатации железных дорог Европейской России, права взимания таможенных и портовых пошлин во всех портах Чёрного и Азовского морей, 25% добытого угля в Донецком районе в течение известного количества лет;
- предоставлением в распоряжение Франции излишка хлеба на Украине и в Кубанской области и 75% добытой нефти и бензина в течение известного количества лет, причём за исходную точку берутся довоенные показатели.
Но это лишь часть документа. В источнике содержится продолжение:
- «4) При русских министерствах финансов, торговли и промышленности в будущем учреждаются официальные французские финансовые и коммерческие канцелярии...
- 5) Франция берёт на себя задачу восстановления русских оружейных и снарядных заводов, причём в первую очередь вооружается новая армия. Франция и Россия заключают наступательный и оборонительный союз, сроком на 20 лет».
Пункт 5 — ключевой: он объясняет, зачем Врангель пошёл бы на такие уступки. Это не «продажа России», а военный союз в обмен на восстановление военной промышленности.
Откуда взялся текст
Вопреки распространённому мнению, единственным источником цитируемого «соглашения» является не только советский пропагандистский сборник «Антанта и Врангель» (1923). В самом сборнике указано, что текст договора был опубликован в английской газете «Daily Herald» от 30 августа 1920 года. Советская публикация 1923 года перепечатывала англо-социалистическую газету, а не создала текст «с нуля». Это меняет картину: перед нами не просто советская фальшивка, а публикация в западной прессе 1920 года, что придаёт ей иной вес.
Нетрудно увидеть, что публикуемый «документ» не мог иметь характер подписанного соглашения. «Известное количество лет», «известный срок» носят в любом соглашении точно определённую продолжительность. Должен был указываться также период действия всего соглашения, условия его прекращения и, разумеется, под ним должны стоять подписи уполномоченных лиц.
Клевета или проект
Итак, советская фальшивка? Тоже не всё так просто. Белогвардейский журналист Георгий Раковский, описавший драму Белого движения в своих мемуарах, писал в книге «Конец белых: От Днепра до Босфора» (первое издание — Прага, 1921), что после официального де-факто признания Францией Правительства Юга России (10 августа 1920) в некоторых газетах белого Крыма был опубликован проект «финансового соглашения между Францией и Южно-Русским правительством».
По этому проекту весь юг России со всеми его промышленными предприятиями, железными дорогами, таможнями и т. д. поступал в непосредственную кабалу Франции на долгие годы. Вся южная Россия буквально превращалась во французскую колонию, наводнённую французскими инженерами, чиновниками и даже квалифицированными рабочими.
«Правда, — писал далее журналист, — все "государственно-мыслящие элементы" единодушно опровергали эту "возмутительную клевету". Характерно, однако, что, когда уже после крымской катастрофы мне пришлось беседовать на эту тему с таким осведомлённым дипломатическим представителем Врангеля в Константинополе, как Нератов, тот, не опровергая по существу этих сообщений, указывал только, что они... касались не получивших реализации проектов».
Данное свидетельство больше похоже на правду. Из него явствует, во-первых, что в печати было больше сообщений, чем про одно, цитированное выше, соглашение. Во-вторых, источником советской публикации была какая-то газета белого Крыма. В-третьих, все такие сообщения основывались на слухах и не отражали в точности положения дел. В-четвёртых, так как «нет дыма без огня», то некий подобный проект действительно рассматривался правительством Врангеля.
Нет дыма без огня
Франция с самого начала Белого движения заботилась прежде всего о том, чтобы с его помощью обеспечить свои экономические преференции в России. В феврале 1919 года офицер французской военной миссии капитан Фуке пытался побудить донского атамана генерала Краснова подписать кабальное соглашение, предоставлявшее Донскую область в кабалу французским промышленникам — почти точь-в-точь как цитированное «соглашение» с Врангелем. По-видимому, Фуке несколько превысил свои полномочия, так как после протеста, заявленного как Красновым, так и главнокомандующим белых войск генералом Деникиным, он был отозван.
Врангель сильно нуждался в поддержке Франции, особенно после того, как Англия в мае 1920 года официально заявила о прекращении всякой помощи русским белым армиям. Важным шагом в этом должно было стать фактическое признание Францией правительства Врангеля. Оно и последовало, как уже говорилось, в августе 1920 года.
Характерно, что в сентябре 1920 года Врангель напрямую обратился к правительству Франции с просьбой оказать прямое военное содействие белой Русской армии во время предстоящей Заднепровской операции. Барон писал, что «было бы очень желательно содействие французского флота при овладении Очаковым (обстрел верков, траление мин и демонстрация у Одессы)». Текст этого послания привёл сам Врангель в своих мемуарах.
Очевидно, что в обмен на эту помощь Врангелю обязательно пришлось бы дать Франции что-то конкретное. Так бы наверняка и произошло, если бы гражданская война затянулась дольше. Однако то конкретное «соглашение», которое сплошь и рядом цитируется в качестве доказательства, будто «белогвардейцы распродавали Россию», никогда не было ни действующим документом, ни каким-то готовым проектом.
Был ли Врангель готов отдать Крым Франции? Скорее всего, он был готов на серьёзные экономические уступки в обмен на военную помощь — как и любой политик в его положении. Но конкретное «соглашение», которое ему приписывают, — это не подписанный договор, а смесь слухов, газетных публикаций и незавершённых проектов.
