19/07/22

«Рязанское чудо»: чем закончился самый глупый эксперимент Хрущёва

В конце 1959 года Первый секретарь Рязанского обкома КПСС Алексей Ларионов рапортовал о перевыполнении плана по сдаче государству мяса в три раза. Но, как оказалось, «выдающаяся» экономическая победа обернулась громким провалом.

Перегнать Америку!

В мае 1957 года глава советского государства Никита Хрущев на заседании работников сельского хозяйства областей и автономных республик СССР выразил уверенность, что наша страна в состоянии «догнать и перегнать Америку» по экономическим показателям, а также создать условия для полной победы коммунизма в 1980 году. Никита Сергеевич не был первым, кто бросил вызов Западу. В свое время Ленин говорил, что по своему политическому строю Россия догнала передовые страны, но теперь важно догнать и перегнать их экономически. В 1933 году на пленуме ЦК ВКП(б) Сталин подтвердил актуальность этих тезисов.

К моменту смерти Иосифа Виссарионовича Советский Союз находился в непростом положении. Страна продолжала отстраивать разрушенные войной города, возводить заводы, прокладывать магистрали, пополнять современной техникой армию. Все это требовало колоссальных человеческих и материальных затрат. СССР не мог выжимать максимум ресурсов из всех сфер экономики: обратной стороной бурного развития тяжелой промышленности стало падение темпов роста сельского хозяйства.

Так, согласно статистическим данным, если в 1940 году в СССР было собрано 2 млрд 225 млн пудов зерна, то в 1953-м эта цифра едва достигала 1 млрд 850 млн. Страна испытывала дефицит масла, молока и мяса. Население писало в редакции газет возмущенные письма. К примеру, жительница Новочеркасска Федоскина жаловалась на пустые прилавки, «ни круп, ни сахара, ни овощей», продукты, по ее словам, можно было приобрести по заоблачным ценам только у спекулянтов.

Пришедший в 1953 году к власти Хрущев попытался как-то повлиять на ситуацию в сельскохозяйственной отрасли. Он понимал, что одними административно-командными методами не обойтись, крестьянин должен быть сам заинтересован в производительности своего труда. Новый генсек сократил размер налога на приусадебные участки колхозников: им предлагалось в свободное от работы время развивать подсобное хозяйство, а излишки продукции сбывать государству по высоким ценам.

Но Хрущев хотел не просто насытить прилавки советских магазинов продовольствием, он желал конкурировать с развитыми капиталистическими странами. Генсек, в частности, полагал, если в СССР будут производить мяса и молока больше, чем в Соединенных Штатах, то значит и жить советские люди станут лучше. Однако, казалось бы, похвальное стремление Хрущева соперничать с Западом было встречено в штыки его соратниками. Маленков и Каганович заявили, что увеличить производство мяса в 3,5 раза (столько было нужно, чтобы догнать США) за короткий срок просто нереально. По расчетам экономистов, достигнуть паритета с Соединенными Штатами по мясу возможно было лишь к 1975 году.

Хрущев на это ответил так: «Среди экономистов есть скептики, которые не верят в возможности нашего сельского хозяйства утроить производство мяса. Но как они подошли к этому делу? Как водится, взяли карандашик и подсчитали, какой может быть прирост скота и за сколько лет. Товарищи, надо же понимать, какие сейчас силы накопились у советского народа. Это же политическое явление, результат долголетней работы нашей партии».

Чуда не вышло

Но авантюрный план Никиты Сергеевича все-таки нашел поддержку у глав некоторых регионов. Первый секретарь Рязанского обкома КПСС Алексей Николаевич Ларионов во всеуслышание заявил, его область сможет всего за один год утроить государственные заготовки мяса. Ларионов был партийцем, который привык отвечать за свои слова. В годы войны на посту председателя Ярославского городского комитета обороны он смог организовать бесперебойное снабжение фронта боеприпасами и продовольствием. Эта задача была выполнена областью во многом за счет расширения подсобных хозяйств предприятий и организации частных огородов. Но теперь была другая ситуация.

Инициативу Ларионова, несмотря ее авантюрный характер, утвердили на областной партийной конференции, а в начале 1959 года, по просьбе Хрущева, о ней сообщила газета «Правда». Теперь у ретивого чиновника назад дороги не было. Рязанская область еще не успела приступить к выполнению обещаний своего главы как ее наградили орденом Ленина. На это мясные хозяйства Рязанщины ответили ударными трудом.

Для начала по распоряжению обкома они забили весь приплод скота, а также большую часть молочного стада и быков-производителей. Однако этих мер оказалось недостаточно. Ларионов распорядился организовать закупки скота в соседних областях (ездили даже в Казахстан), расходуя средства общественных фондов, выделенные на приобретение машин и оборудования, строительство школ, дорог и прочие нужды. Но и это не дало нужных цифр. Многим хозяйствам приказали резать кур, а сельским школам – оборудовать крольчатники. Порой доходило до откровенного воровства скотины.

Правдами и неправдами Рязанская область смогла все же выполнить заявленный план, о чем рапортовала 6 декабря 1959 года. Формально она продала государству 150 тысяч тонн мяса, увеличив его производство в 3,8 раз по сравнению с предыдущим годом. Ларионов, опьяненный победой, пообещал в 1960 году превысить и эту норму, заготовив 180 тысяч тонн мяса! Хрущев отреагировал незамедлительно – до истечения года Алексей Ларионов был удостоен звания Героя Социалистического Труда.

Реальность оказалась не столь радужной. В действительности рекордные цифры существовали только на бумаге: фактически Рязанская область не смогла выполнить и шестой части взятых на себя обязательств. Но в Москве на это закрыли глаза, ведь стране нужен был заразительный пример самоотверженного труда колхозников. Чтобы придать этому событию соответствующее звучание, в Рязань направили художника Илью Глазунова для создания портретной галереи передовиков сельхозпроизводства.

Отрезвление пришло год спустя, когда Рязанская область смогла наскрести в своих закромах лишь 30 тысяч тонн мяса, что стало следствием массового забоя 1959 года. Все мясные ресурсы области были исчерпаны – мясо на Рязанщине фактически исчезло из продажи. Скрывать масштабы катастрофы стало уже невозможно. В область в срочном порядке была направлена комиссия, которая и раскрыла аферу. Ларионову ничего не оставалось как застрелиться. Со временем эти события вошли в историю под названием «рязанского чуда».

Но дело Ларионова продолжило жить. В середине 1970-х Узбекская ССР, руководимая Шарафом Рашидовым, отчитывалась перед Москвой о ежегодной сдаче 3 млн тонн хлопка, хотя фактически не было и половины этого количества. В Ташкент отправилась комиссия из Москвы и обнаружила колоссальные приписки объемов собранного хлопка. Рашидов в результате скончался от сердечного приступа.

Партия приказала

Феномен Ларионова не дает покоя исследователям. Они часто задаются вопросом, неужели он был настолько недальновидным руководителем, чтобы сознательно ввязываться в авантюру, которая ничего хорошего ему не сулила? Нет, Алексей Николаевич прекрасно все понимал, как осознавали это и его соратники. Рассказывают, что жена одного из членов Рязанского обкома спрашивала мужа: «Ну пустите вы скотину под нож, а откуда же потом мясо брать будете? Из ляжек отрезать своих?». Супруг лишь разводил руками и поднимал вверх глаза.

Нужно понимать характер Ларионова: чиновник всю свою зрелую жизнь провел на партийной работе и привык беспрекословно исполнять поручения начальства. Поэтому лозунг Хрущева «Догоним и перегоним Америку по заготовкам мяса» он понимал как руководство к действию, не просчитывая возможность его воплощения в жизнь. Конечно, Ларионову придавала оптимизма обещанная Хрущевым поддержка, в том числе и с кормами для скотины. Но помощи в Рязанской области так и не дождались. Пришлось выкручиваться своими силами.

Есть еще один нюанс. Ларионов был одним из немногих действующих руководителей областей, кто начинал свою политическую карьеру при Иосифе Виссарионовиче. Для него откликнуться на призыв Хрущева означало отличный шанс выслужиться перед новым руководством страны в период разоблачения культа личности Сталина.

Перегибы Ларионова при выполнении взятых на себя обязательств не стали явлением из ряда вон выходящим. Как отмечает кандидат исторических наук Денис Конышев, в тоже самое время Лукояновский райком Горьковской области для увеличения объемов заготовок мяса ввел продовольственный налог на всех, кто имел хоть какое-то хозяйство, у некоторых удерживали часть зарплаты. Население настрого предупредили: «мясо доставайте, где угодно и как угодно, но, чтобы норма была выполнена». В противном случае людям угрожали проблемами на работе. Однако именно на Рязанщине масштабность взятых на себя обязательств больше всего контрастировала с реальным положением вещей.

Уход из жизни Алексея Ларионова вызвал массу кривотолков. В газетах тогда о случившемся умалчивали, писали, что первый секретарь Рязанского обкома скончался от сердечного приступа. Есть расхождения в версиях, касающихся места, где застрелился Ларионов. Кто-то считает, что это был рабочий кабинет, кто-то говорит о том, что он свел счеты с жизнью у себя дома. Есть версия смерти Ларионова от чрезмерной дозы снотворного, ходили разговоры и о несчастном случае. Коллеги Алексея Николаевича были уверены, что их начальника просто довели до самоубийства, не оставив иного выхода.

Любопытно, что во время смещения Хрущева с должности генсека «рязанское чудо» фигурировало в числе обвинений. Вместе с падением Хрущева ушел в небытие и лозунг «перегоним Америку!». Никите Сергеевичу так и не удалось оздоровить сельское хозяйство, его ошибки, приведшие к дефициту мясомолочной продукции и необоснованно завышенным ценам, пришлось еще долго расхлебывать Брежневу.