После падения Берлина в 1945 году в Советский Союз хлынул поток трофеев, масштабы которого до сих пор сложно оценить. Это была не только плановая репарация, но и стихийный «великий исход» ценностей, от шедевров мирового искусства до бытовых безделушек.
Они вывозились официально
Вывоз ценностей из Германии регулировался официально. Ещё в 1943 году было издано постановление о сборе трофейного имущества, а на оккупированных территориях работали специальные комиссии. Однако, как отмечает историк Александр Широкорад, контроль за этим процессом так и не стал по-настоящему эффективным. Ценности уплывали как в государственные хранилища, так и в частные руки высшего командного состава.
Это привело к громкому «Трофейному делу» 1948 года, по которому были арестованы десятки высокопоставленных офицеров, включая генерал-лейтенанта Владимира Крюкова (супруга певицы Людмилы Руслановой) и героя Сталинградской битвы Василия Гордова. Нескольких из них, включая Гордова и маршала Григория Кулика, расстреляли. Историки считают, что дело было частью политической кампании против Георгия Жукова, который, хотя и избежал ареста, был смещён с высокого поста.
«Наказал еврейский Бог»
Эту историю про забавное трофейное приобретение фронтового корреспондента Льва Никулина рассказал Сергей Довлатов в своем «Соло на ундервуде» (он Никулина, мягко говоря, недолюбливал и называл «сталинским холуем»; брат не менее известного советского журналиста Михаила Кольцова художник Борис Ефимов, напротив, считал Никулина «незаурядным литератором»). По Довлатову, Никулин «экспроприировал» в Германии чугунную, очень тяжелую печатную машинку «Ундервуд», много претерпел, чтобы доставить ее в СССР. Дома, обратившись к механику, попросил заменить «латиницу» на буквы русского алфавита. Оказалось, что... машинка предназначена для печати на иврите – печатает справа-налево (переделать такой «Ундервуд» невозможно; Никулин его зря тащил).
Киевская Русь: почему государства с таким названием никогда не существовало
«Так наказал политработника еврейский Бог», резюмировал Довлатов (Никулин-Олькеницкий (настоящая фамилия) по национальности и происхождению был евреем).
Для возрождения собаководства
Руководитель Санкт-Петербургского питомника восточно-европейских овчарок «Верный друг» Дарья Соболева считает, что окончание Великой Отечественной войны способствовало возрождению советского служебного собаководства: общеизвестно, что сотни выдрессированных породистых собак погибли на полях сражений Второй Мировой – их, обвязанных гранатами, обучали бросаться под немецкие танки, четвероногие помощники санитаров вывозили раненых с передовой, несли на фронтах другую, не менее опасную, службу.
Советские солдаты и офицеры, имевшие доступ к военным и полицейским питомникам, вывезли из поверженной гитлеровской Германии потенциальных производителей ценных пород овчарок. С точки зрения рациональности на тот момент эти трофеи не представляли материального интереса. Но по мнению кинологов, они в последующем во многом составили генофонд служебного собаководства СССР.
До сих пор среди собаководов на слуху такие производители, вывезенные из Германии в качестве трофеев, как Альф фон Бухерпоркшлосс, Клаус фон Бистрих, Цидли фон Хаус-Доротея и другие. С послевоенным периодом, отмеченным массовым собачьим «пополнением» из Германии, специалисты связывают возрождение планового и систематического разведения овчарок в СССР. С помощью таких немецких четвероногих трофеев началось воссоздание поредевших в войну семей породистых собак и образование новых.
Солдаты возвращали … свое же, советское
Научный сотрудник Института российской истории РАН Елена Сенявская в комментарии одному из популярных отечественным печатных СМИ сообщила, что солдаты и младшие командиры РККА, имевшие весьма ограниченную возможность в отсылке домой посылок из оккупированных германских территорий (этим охотно и во множестве пользовались тыловики и высокопоставленные офицеры командования частей и соединений РККА), часто слали на родину вещи с немецких складов, имевшие советские клейма: «мы возвращаем обратно то, что намародерствовали, наворовали фашисты» – немецкую одежду, обувь они зачастую не брали, потому что брезговали ею.
Часто столкнувшиеся с иной цивилизацией воины РККА забирали и отсылали домой трофеи, которые на их родине были просто не нужны. Известный советский военный корреспондент, поэт и киносценарист, автор легендарного, вдохновлявшего сотни тысяч фронтовиков, стихотворения «Жди меня» Константин Симонов в своей книге «Разные дни войны» писал, что один солдат-узбек принес для отсылки ящик электрических лампочек, тогда как в его далеком ауле никогда не было электричества.
Тамара Левченко: как фронтовая медсестра чуть не увела Леонида Брежнева из семьи
Журналист русской службы ВВС Артем Кречетников в своем материале приводит историю о советском полковнике, который набил чемодан лаковыми полуботинками, развалившимися почти сразу после использования. Как позже выяснилось, советский офицер «позаимствовал» обувь «на холодную ногу» в германском магазине, торговавшем похоронными принадлежностями – он просто по незнанию языка не разобрал значение вывески.
