12 апреля 1951 года вошло в историю военной авиации США под двумя названиями — «Чёрный вторник» и «Чёрный четверг». В тот день американские ВВС потерпели сокрушительное поражение в небе над Кореей. Армада из новейших бомбардировщиков B-29 Superfortress под мощным истребительным прикрытием была почти полностью уничтожена за считанные минуты. Очевидцы вспоминали, что небо буквально побелело от парашютов американских лётчиков, покидавших подбитые машины.
Казалось бы, произошло невероятное: самолёты Ким Ир Сена смогли сокрушить непобедимую воздушную армаду. Однако позже выяснилось, что за корейскими опознавательными знаками и китайской формой скрывались советские асы. А командовал этой секретной операцией лучший лётчик-истребитель СССР, трижды Герой Советского Союза Иван Кожедуб.
Кожедуб-Крылов: зачем Сталин отправил легенду в Корею
К началу 1950-х годов Иван Кожедуб уже был живой легендой. 62 сбитых немецких самолёта, ни разу не сбит в воздушных боях, три Золотые Звезды Героя — всё это делало его символом советской истребительной авиации. Счёт воздушным победам он открыл ещё на Курской дуге, сбив первый немецкий бомбардировщик Юнкерс Ю-87. С тех пор удача не покидала аса: даже если самолёт получал повреждения, Кожедуб всегда возвращался на аэродром.
Но Сталина интересовал не столько боевой счёт, сколько уникальный опыт Кожедуба. В 1945 году, ещё во время Второй мировой, советский ас уже имел дело с американцами. В своей автобиографии он писал, что сбил два американских самолёта, которые атаковали его, ошибочно приняв за немецкого лётчика. Этот случай — редчайший для советских пилотов — и стал решающим аргументом при выборе кандидата для секретной миссии.
Ситуация в Корее к тому моменту складывалась драматическая. С самого начала войны на полуострове доминирование американцев в небе было неоспоримым. Старые поршневые самолёты северокорейских ВВС казались устаревшим хламом по сравнению с американскими истребителями и B-29. Однако Ким Ир Сен сумел договориться со Сталиным, и в корейском небе стали появляться реактивные МиГ-15 — на тот период последнее слово военной техники.
Но сами корейцы не могли эффективно управлять столь сложными машинами. Вместе с самолётами на помощь братскому народу прибыли советские лётчики. По распоряжению Сталина в Корею отправили и Кожедуба.
Вся операция проводилась в строжайшей секретности. Северная Корея была признана ООН агрессором, и если бы кто-то из советских лётчиков попал в плен, разразился бы невиданный мировой скандал. Поэтому Кожедубу не только присвоили псевдоним «генерал Крылов», но и строжайше запретили лично подниматься в воздух. Официально он числился командиром 324-й истребительной авиационной дивизии 64-го истребительного авиационного корпуса, а его подразделение скрывалось под вывеской «китайских народных добровольцев».
Обстоятельства отправки на Дальний Восток больше походили на шпионский роман. Как вспоминал однополчанин Кожедуба А. Щербаков, прославленный ас отдыхал с женой в Кисловодске. Посреди ночи в дверь постучал офицер МГБ и, не вдаваясь в объяснения, повёз Кожедуба на чёрной «эмке». Тот мысленно готовился к худшему. Однако его доставили в здание горкома, где состоялся телефонный разговор с Василием Сталиным. После этого Кожедуба немедленно отправили в Москву, а оттуда — на секретный командный пункт в Китае.
«Чёрный вторник»: разгром над «Аллеей МиГов»
Зоной ответственности дивизии Кожедуба стал район реки Ялуцзян — границы между Китаем и Северной Кореей. Американцы прозвали это место «Аллеей МиГов». Именно там и разыгралась главная драма.
К весне 1951 года американское командование решило нанести стратегический удар: уничтожить ключевой мост через Ялуцзян — «путь жизни», по которому из Китая шли грузы для северокорейской армии. Утром 12 апреля советские радары обнаружили крупную группу самолётов противника: 48 стратегических бомбардировщиков B-29 Superfortress и более 120 истребителей сопровождения. Они двигались в сторону северокорейских позиций.
Кожедуб принял рискованное решение. Он поднял в воздух все 44 боеготовых МиГа своей дивизии, фактически оставив аэродром без прикрытия. Пользуясь преимуществом в скорости, советские самолёты быстро настигли американцев. Завязался бой, длившийся всего 20 минут.
МиГи атаковали «Суперкрепости» сверху, расстреливая их из авиапушек в упор. Одновременно они атаковали истребители прикрытия, отвлекая их от бомбардировщиков. Результат оказался ошеломляющим. По разным данным, было сбито от 10 до 14 бомбардировщиков и несколько истребителей. Ещё 15 B-29 получили серьёзные повреждения. Около сотни американских лётчиков покинули падающие машины с парашютами — и все они угодили в плен.
Для ВВС США это были небывалые потери. Командование объявило недельный траур. Налёты в этот район прекратились на три месяца.
Секретная война: цифры и факты
С марта 1951 по февраль 1952 года дивизия Кожедуба одержала 215 воздушных побед, сбила 12 «сверхкрепостей», потеряв при этом 52 самолёта и 10 лётчиков. Эти цифры говорят сами за себя: соотношение потерь было подавляющим в пользу советских асов.
При этом сам Кожедуб, вопреки распространённым слухам, в воздушных боях лично не участвовал — таков был прямой приказ. Однако его роль как командира и организатора была решающей. Он разрабатывал тактику, руководил действиями дивизии и лично принимал решения, от которых зависели жизни десятков лётчиков и исход целых сражений.
Любопытная деталь: Кожедуб любил шутить, что на десять месяцев, пока он служил в Корее, ему пришлось сменить имя и фамилию — на Ли Си Цын. И этого Ли Си Цына американцы боялись не меньше, чем немцы — Кожедуба. В других источниках упоминается, что официальный псевдоним был всё же Крылов, но шутка про китайское имя прижилась в мемуарной литературе.
Был и другой эпизод, о котором Кожедуб рассказывал уже в мирное время. Однажды в корейском небе его самолёт подбили, и ему пришлось прыгать с парашютом. Когда он приземлился, американский лётчик прошёл над ним — но не стал добивать. В отличие от немцев, которые, по словам Кожедуба, часто расстреливали советских пилотов в воздухе, американцы соблюдали неписаный кодекс чести.
Почему это держали в секрете
Советское участие в Корейской войне было строжайшей государственной тайной. Официально СССР в конфликте не участвовал. Все документы, все наградные листы, все донесения имели гриф «секретно». Лётчикам запрещалось вести боевые журналы на русском языке, носить советскую форму и даже говорить по-русски в эфире.
И это понятно: если бы хоть один советский пилот попал в плен, мир узнал бы, что СССР воюет в Корее напрямую. А это означало бы прямой конфликт с США и его союзниками по ООН — с непредсказуемыми последствиями вплоть до третьей мировой. Поэтому Кожедуб и его подчинённые воевали под чужими именами, в чужой форме и с чужими опознавательными знаками на самолётах.
Только много лет спустя, когда архивы были рассекречены, мир узнал правду о том, кто на самом деле стоял за «корейскими» победами в небе над Ялуцзяном.
Заключение
Кожедуб воевал в Корее не столько пушечным огнём, сколько умением командовать, организовывать и вдохновлять. Его дивизия стала грозой для американской авиации. Те самые B-29, которые считались неуязвимыми «летающими крепостями», оказались беспомощными перед тактикой, разработанной лучшим советским асом.
Эта война — секретная, безымянная, скрытая под грифами «совершенно секретно» — стала ещё одной страницей в биографии человека, который и без того был легендой. Кожедуб не сбивал в Корее американские самолёты лично — ему это запрещали. Но 215 побед его дивизии — это и его победы. Победы командира, который знал, как воевать, и умел научить этому других.
«Чёрный вторник» 12 апреля 1951 года навсегда остался в памяти американских лётчиков как день, когда небо над Кореей перестало быть их монополией. И в этом была заслуга советского аса, который под чужим именем вёл свою самую секретную войну.
