Самый узнаваемый головной убор Красной армии назван в честь человека, которого почти невозможно представить в нём. Будённый на фотографиях и плакатах носит папаху, кубанку, фуражку, позже маршальскую шапку, но не остроконечный суконный шлем со звездой. Это не случайность и не каприз, а следствие того, как появилась будёновка и кем был сам Будённый.
Шлем, придуманный не для кавалерии
Будёновка появилась не в конармии, а на столе военной комиссии. Весной 1918 года молодой Красной армии понадобилась собственная форма. Старую, царскую, носили массово, но она была нежелательна политически. Был объявлен конкурс на новое обмундирование, и среди художников, чьи имена связывают с проектами, чаще всего называют Виктора Васнецова и Бориса Кустодиева. Участие Васнецова не подтверждено документами полностью, но стилистика шлема действительно отсылает к его «Богатырям»: остроконечный верх, опускающиеся назиатники, большая нашивная звезда.
Первоначально шлем так и называли: «богатырка». Приказ Реввоенсовета Республики, утвердивший зимний шлем, вышел в начале 1919 года. Первые партии, по распространённой версии, получили части Михаила Фрунзе, поэтому в ходу было и название «фрунзевка». Слово «будёновка» закрепилось позже, когда шлем стал ассоциироваться с 1-й Конной армией, самым громким соединением Гражданской войны.
То есть имя Будённого прилипло к шлему благодаря славе, а не авторству. Будённый его не придумывал, не заказывал и не вводил.
Миф о параде в Берлине
Вокруг будёновки давно ходит красивая легенда: будто шлемы были сшиты ещё при Николае II для победного парада русской армии в Берлине или Константинополе, пролежали на складах и достались большевикам. Легенда живучая, её повторяют даже в солидных публикациях.
Документального подтверждения у неё нет. Историки военного костюма, работавшие с фондами Российского государственного военно-исторического архива, не нашли ни приказов, ни заказов, ни образцов подобного шлема для императорской армии. Все известные документы по «богатырке» относятся к советскому периоду, к работе комиссии 1918 года. Скорее всего, легенда объясняет старорусский облик шлема, но не его происхождение.
Вахмистр, а не новобранец
Чтобы понять, почему Будённый не носил будёновку, нужно помнить, кем он был. Семён Будённый родился в 1883 году на Дону, в семье иногородних, то есть не казаков, а крестьян, живших на казачьей земле. В 1903 году его призвали в армию, он воевал в Русско-японскую, служил в драгунском полку, окончил кавалерийскую школу наездников в Петербурге. В Первую мировую Будённый дослужился до старшего унтер-офицера и получил Георгиевские кресты и медали. Он был кадровым кавалеристом с пятнадцатилетним стажем, для которого конь, шашка и папаха были не романтикой, а профессией.
Будёновка в 1919 году была массовым головным убором для рядовых, в первую очередь для пехоты и новых призывников. Командиры в Гражданскую войну одевались довольно свободно: единая форма только складывалась, а снабжение было неравномерным. Кто мог, носил то, что считал удобным и солидным. Для бывшего драгуна естественным выбором была папаха, для командира казачьего по составу соединения — тем более.
Папаха как знак командира
У 1-й Конной армии, сформированной в ноябре 1919 года, был свой облик. Её значительная часть состояла из донских и кубанских крестьян и казаков, для которых папаха и кубанка были привычными. Будёновку в конармии тоже носили, особенно после централизованного снабжения, но она не вытеснила папахи.
Будённый при этом создавал свой образ сознательно или почти сознательно. Знаменитые усы, папаха, бурка, кавалерийская выправка работали лучше любой агитации. Его узнавали издалека. Командир, одетый так же, как тысяча его бойцов, теряет эту узнаваемость. Командир в папахе среди рядовых в шлемах остаётся на виду.
Точно так же вели себя и другие командиры Гражданской войны. Чапаев на известных фотографиях в папахе, Котовский в фуражке или в характерном кожаном облачении, Фрунзе чаще в фуражке. Будёновка была солдатской униформой, а не предметом командирской идентичности.
Сам Будённый о форме
В трёхтомных мемуарах «Пройденный путь», вышедших в 1958–1973 годах, Будённый много пишет о снабжении армии: о нехватке обмундирования, трофейной одежде, сапогах, конском снаряжении. Отдельного внимания шлему, получившему его имя, он не уделяет. Для него это была одна из деталей снабжения, а не символ. Можно предположить, что маршала несколько забавляло это совпадение, но документальных свидетельств его отношения к названию нет, и приписывать ему какие-то слова было бы выдумкой.
Как будёновка ушла, а Будённый остался
Шлем прослужил около двадцати лет. В 1920-е годы его модифицировали: звезда стала цветной по роду войск, у кавалерии синей, у пехоты малиновой. Советско-финская война 1939–1940 годов показала, что суконный шлем плохо защищает от сильных морозов: назатыльник не спасал уши и шею так, как нужно. В 1940 году будёновку в войсках заменила шапка-ушанка.
К этому времени Будённый уже был маршалом Советского Союза, звание он получил в 1935 году в числе первых пяти маршалов. Он носил установленную маршальскую форму, и вопрос о будёновке для него потерял смысл окончательно.
Парадоксально, но шлем пережил отмену. Он остался в детских играх, в кино, в песнях, на открытках к 23 февраля. Слово «будёновка» знают даже те, кто плохо помнит, кем был Будённый. Сам маршал прожил до 1973 года, пережив свой головной убор больше чем на тридцать лет.
