Когда речь заходит о тёмных страницах крестьянского быта, снохачество стоит в этом ряду особняком. Это явление, которое историк Василий Семевский называл не иначе как «отвратительной чертой семейных нравов русского крестьянства», было настолько распространено в XVIII–XIX веках, что современники порой воспринимали его как неизбежную данность. Снохачи – свекры, сожительствовавшие со своими невестками – были героями не только деревенских пересудов, но и русской литературы. В чём же причины того, что кровосмесительная связь между главой семьи и женой его сына стала настоящим бичом русской деревни?
Групповой брак по-славянски
Корни снохачества уходят в глубокую древность. Многие исследователи сходятся на том, что это своеобразный пережиток группового брака – промежуточного этапа от беспорядочных половых связей к моногамии. Польский историк В. Абрахам прямо указывал: снохачество представляет собой следы какой-то формы полиандрии (многомужества), существовавшей у славян до принятия христианства.
У язычников-пруссов, к примеру, отец покупал жену из общего имущества семьи, и сын наследовал её после смерти отца. Гай Юлий Цезарь в своих «Записках о Галльской войне» описывал похожие нравы у бриттов: «Жен они, человек по десять или по двенадцать, имеют общих, особенно братья с братьями и родители с сыновьями».
Окончательно же как устоявшаяся практика снохачество сформировалось после христианизации Руси. Произошло это примерно после X века. Введение принудительной моногамии входило в противоречие с вековыми привычками. Глава рода, стремясь сохранить привычный уклад, находил лазейку: он брал новую женщину, но формально называл её не снохой, а невесткой – женой сына. Буквально и само слово «сноха» происходит от древнерусского «сыноха» или «сынова» – то есть «принадлежащая сыну». Так языческий пережиток приспособился к новым христианским реалиям, превратившись в ту самую «бабью повинность», о которой с отвращением писали этнографы.
Когда муж уходит на 25 лет
Но древние корни – это полдела. Почему же в XVIII–XIX веках снохачество получило в Российской империи такое широкое распространение? Ответ лежит на поверхности, и он куда прозаичнее любой мистики.
Главная причина – рекрутчина. С 1793 по 1874 год рекруты служили по 25 лет. Четверть века! Молодой крестьянин, женившись, мог уйти в армию и вернуться лишь глубоким стариком, а то и вовсе не вернуться. Фактически его жена становилась вдовой при живом муже. И она оставалась в доме свекра – на его полной власти. Многие этнографы прямо указывали: поначалу снохачество практиковалось именно в семьях, где сыновей забирали в рекруты.
После 1874 года срок службы сократили до семи лет, а к 1906-му – до трёх. Но на смену рекрутчине пришло отходничество. Молодые мужики уходили на заработки в города, порой наведываясь домой всего пару раз в год. И снова их жёны оставались в доме свекра один на один со своей участью.
Более того, в Черноземье и других регионах России отцы нередко женили сыновей-подростков на 16–17-летних девушках – и делали это, по свидетельствам современников, «с прицелом на своё дальнейшее половое разнообразие». Сразу после свадьбы молодого мужа отправляли на отхожий промысел, а невестка оставалась в полном распоряжении свекра.
Власть большака и бесправие снохи
Впрочем, даже если муж был дома, это далеко не всегда спасало женщину. В большой патриархальной семье, где под одной крышей сосуществовали две-три и более «ячейки», власть главы – «большака» – была практически безграничной.
Сноха, или невестка, занимала в этой иерархии самое бесправное положение. Она была в доме свекра на положении приживалки – её ненавидела свекровь, ею помыкал свекор. Механизм принуждения был до банальности прост: хозяин положения с помощью уговоров, подарков (обычный платок или безделушка) и посулов не нагружать работой чаще всего добивался своего. А если не помогало – в ход шли угрозы и наказания. У «большака» существовало множество рычагов давления: «от кнута до пряника».
Выбора у молодой женщины практически не оставалось. Пожаловаться мужу? Бесполезно – чаще всего он избивал жену смертным боем. Уйти к родителям? Её и там не ждали – отец с матерью вскоре отправляли дочь обратно, чтобы «люди не сказали». Обратиться в волостной суд? Те сторонились рассматривать подобные дела.
Исследователи подчёркивают: причины снохачества были самыми разнообразными – от ранних браков и простого сексуального влечения свекра до экономических, когда сноха оставалась без защиты. Но прежде всего – это неограниченная власть большака и почти полное бесправное положение женщины.
Грех, но не преступление
Парадокс ситуации в том, что в самой крестьянской среде снохачество чаще всего считалось не преступлением, а грехом – и грехом внутренним, семейно-общинным делом. Кровосмешением его считала Русская православная церковь. В Орловской губернии, например, кровосмешение оценивалось как «большое преступление перед православной верой, за которое не будет прощения от Бога на том свете». Ярославские крестьяне и вовсе приравнивали снохачество к кровосмешению с дочерью.
При этом крестьянский самосуд весьма часто обходил снохачество стороной. Связь тщательно скрывалась, но если она обнаруживалась, то вызывала семейные неурядицы – протесты оскорблённого сына нередко выливались в трагические формы. Известны случаи, когда мужья убивали жён за связь с отцами.
Церковь, кстати, снохачество не одобряла – оно было одной из причин для расторжения церковного брака. Однако в условиях, когда молодая жена оставалась в доме свекра на годы, а официальные институты не спешили ей на помощь, церковные запреты мало что меняли.
Закат «бабьей повинности»
К началу XX века снохачество начало сходить на нет. По мере распада патриархальной семьи и увеличения числа крестьянских разделов, когда родители и женатые дети стали проживать раздельно, феномен сожительства свекров и невесток постепенно утратил свою актуальность. Сказывались и модернизационные процессы – урбанизация, развитие образования, изменение самого уклада крестьянской жизни.
Однако память об этом явлении осталась – в фольклоре, в литературе и в тех самых народных приметах, где говорилось, что для удачной подъёма колокола на колокольню нужно было удалить из толпы всех снохачей.
Снохачество – это не просто курьёзный факт из истории русской деревни. Это зеркало, в котором отразилась вся жёсткость патриархального уклада, вся беспомощность женщины перед властью старшего мужчины в семье. И то, как легко общество – и церковь, и мирская община – закрывало глаза на это беззаконие, говорит о многом. Говорит о том, что в иерархии ценностей русского крестьянства честь женщины, даже если она была женой сына, стояла далеко не на первом месте. А порой – и вовсе нигде не стояла.
