10/03/21
Софья де Боде: как «валькирия Белой армии» заработала свое прозвище

По всей видимости, боевой характер Софья де Боде унаследовала от отца-военачальника. Многие отмечали невероятную храбрость и даже жестокость Софьи, участвовавшей в Гражданской войне. Однако отец «валькирии» Белой армии выжил, а она сама погибла.

Из института благородных девиц в батальон смерти

Софья (София) Николаевна де Боде родилась в 1897 году в семье барона и военачальника Николая Андреевича де Боде. Генерал-лейтенанту де Боде довелось поучаствовать и в Русско-японской, и в Первой мировой, и в Гражданской войнах. Во время последней он являлся «главным военным представителем генерала Деникина в Крыму». Неудивительно, что и дочь Николая де Боде выросла такой же боевой. Как указано в издании «История Москвы: столица России и советского государства (1914-1991 гг.)» (1997 год), в 1913 году Софья окончила Смольный институт и вскоре уехала к отцу на фронт.

Спустя 8 месяцев службы в команде разведчиков девушка упала с лошади и сломала ногу, вследствие чего генерал отправил ее обратно. Но неудача как будто еще больше раззадорила баронессу. Едва оправившись от полученной травмы, она записалась в Московский женский батальон смерти. Подобные батальоны были сформированы Временным правительством для того, чтобы поднять патриотический дух в армии. Как пишет Михаил Сухоруков в своей книге «Женщина в шинели», позже Софья де Боде оказалась среди 25 женщин-добровольцев, зачисленных на курс ускоренной подготовки прапорщиков военного времени. В ходе октябрьских событий 1917 года, когда де Боде поручили командовать отрядом юнкеров, она была ранена в ногу.

«Валькирия» Белой армии

Юнкеров похоронили, и после непродолжительного затишья большевики опомнились. М.А. Рычкова рассказывала: «Жуткие то были дни! Все сидели по своим углам. Де-Боде раза два была у нас в обществе каких-то офицеров. Они запирались в отдельную комнату и сговаривались о побеге на Дон». Но на Дон к Корнилову Софья де Боде с еще не зажившей раной отправилась в одиночестве. Так де Боде оказалась в Первой Добровольческой армии и, как следует из «Записок отдела рукописей» (Государственная библиотека СССР имени Ленина), приняла участие в так называемом «Ледяном» походе, первом походе Добровольческой армии на Кубань, главной целью которого было соединение с кубанскими белыми отрядами.

Софья была единственной девушкой-прапорщиком в коннице, поэтому не могла не привлекать к себе внимания. Неудивительно, что многие белогвардейцы упоминали ее в своих мемуарах. Так, Александр Ушаков и Владимир Федюк в издании «Лавр Корнилов» приводят слова Николая Львова, тоже первопоходника, о том, что баронесса была молода и хороша собой, а в военном мундире походила на стройного мальчика. Другой современник Софьи де Боде писал о том, что жутко было видеть, как она врезалась в «толпу испуганных пленников и, не слезая с коня, убивала одного за другим». При этом лицо у Софьи было спокойное и даже каменное. Именно благодаря таким свидетельствам де Боде иногда и называли «валькирией» Белой армии.

Навстречу гибели

Храбрость Софьи де Боде отмечали все. Историк Сергей Волков в издании «Первые бои Добровольческой армии» приводит случай, произошедший в Ростовской области, где небольшой отряд белых оказался окружен красными. Баронесса была ранена в руку и задержалась для того, чтобы сделать себе перевязку. Когда Софья закончила, то заметила, что ее товарищи удалились от нее, оставив одну. Она поднялась и разразилась такой бранью в адрес отступавших белых, что те невольно расхохотались. Какими выражениями воспользовалась девушка, автор из понятных соображений не уточняет, но утверждает, что полковник заявил: «После того, как женщина нас так обозвала, жить нельзя! Вперед!». «Хохочущая» контратака вынудила красных отступить.

Тем не менее выжить Софье де Боде не удалось. Как пишет Виктор Ларионов в своей книге «Последние юнкера», она погибла в конной атаке при штурме Екатеринодара весной 1918 года. Михаил Сухоруков уверен в том, что де Боде могла бы спастись, потому как поначалу была подстрелена только лошадь, на которой она сидела. Но Софья, то ли подхваченная общим боевым азартом, то ли своим собственным, бросилась вслед за своим эскадроном, по сути, навстречу смерти. Ей было всего 20 лет. А вот отец погибшей «валькирии» избежал гибели под пулями. Николай Андреевич де Боде эмигрировал в Югославию, где и скончался в 1924 году.