Оружие, танки, самолеты — обычно именно они становятся героями военных сводок. Но есть вещь, которую солдат носил ближе к телу, чем винтовку. Каска. В 1943 году советские инженеры устроили показательную порку немецким стальным шлемам. Результаты испытаний, заказанных лично Микояном, впечатлили даже видавших виды военспецов: наша каска оказалась крепче, тоньше и надежнее. Хотя немцы нахлобучивали на голову почти на миллиметр больше металла.
Рождение СШ-40
К финской кампании Красная Армия подошла с касками СШ-36 и СШ-39. Красивые, спору нет, но война — не модный показ. Морозы и пули быстро выявили слабые места: сталь хрупкая, подшлемник неудобный, пулестойкость в зонах изгиба оставляла желать лучшего.
Инженер Михаил Крюков вспоминал, что главной проблемой при создании новой модели стал дефицит легирующих добавок. Металлургам пришлось выкручиваться. Остановились на марке И-1 — с повышенным содержанием никеля. Именно этот сплав пошел в серию и стал главной защитой советского солдата.
Немецкая экономия: от молибдена к марганцу и пустоте
У немцев дела обстояли иначе. Их знаменитый Stahlhelm образца 1935 года (М-35) был хорош: молибден в составе стали давал твердость. Но была беда: молибден дорог, да еще и поступал в основном из-за океана — из США и Южной Америки. К концу 30-х годов это стало проблемой.
Осенью 1938 года инженер Эрих Кизан предложил экономить на вентиляционных втулках: их начали штамповать вместе с каской, а молибден заменили на силикат марганца. В 1942-м немцы пошли ва-банк: модель М-42 штамповали вообще без легирования. Экономия, ставшая самоубийством.
Заказ Микояна: бой на полигоне
В конце 1942 года член ГКО Анастас Микоян распорядился: провести сравнительные испытания трофейных немецких касок и наших СШ-40. К январю 1943-го подготовились. Собрали шесть моделей немецких шлемов — от ветерана Первой мировой М-16 до новейшей М-42. Наших касок взяли 298 штук, немецких — 270.
Полигон — оборонный завод в Лысьве (Пермский край) и артиллерийский полигон в подмосковном Щурово. Условия жесткие: стреляли с близкого расстояния, били со всех сторон — в лоб, в затылок, в бок. Засчитывали только прямое попадание.
Сначала били из винтовок Мосина и наганов с десяти метров. Потом подключили ППШ (115 м) и пистолеты ТТ (65 м). Финал — удар осколками 82-миллиметровых мин с двух метров.
Цифры, которые не врут
Немецкие каски были толще наших на 0,1–0,2 миллиметра. Но сталь у СШ-40 оказалась лучше, а конструкция — удачнее. У Stahlhelm'ов выявили критические уязвимые зоны, которых советские инженеры сумели избежать.
Результаты впечатляют:
— Винтовка Мосина пробивала немецкие каски в 25 раз чаще советских.
— ППШ находил слабые места вермахта в 4 раза успешнее.
— Пистолет ТТ — в 3 раза.
— Наган — в 2,5 раза.
Разгром, как под Сталинградом, только в лабораторных условиях.
Долгая жизнь СШ-40
Итогом испытаний стало специальное постановление ГКО об улучшении качества советских касок. Что характерно, наши и без того были лучшими, но решили не останавливаться.
СШ-40 прослужил в Советской Армии до 1960 года. Его сменил СШ-60, потом СШ-68. А немецкий Stahlhelm, начинавший как технический шедевр, к концу войны превратился в штамповку из нелегированной стали, которая защищала разве что от дождя.
История с касками — метафора всей войны: наши научились делать лучше из меньшего, а немцы, начав с передовых технологий, угробили их экономией и самоуверенностью.
