Вера в духов-покровителей была основой мировоззрения древних монголов. Среди них особое место занимало сульде (или сульдэ) — воплощение жизненной силы, воинской удачи и незримого покровительства. Но для Чингисхана и его наследников сульде стало чем-то большим: сакральным символом власти, духом-хранителем империи и жестоким божеством войны, требующим кровавых жертв.
Белое и чёрное сульде
Сульде материализовалось в виде священных штандартов, которые сопровождали монгольские армии в походах. У Чингисхана было два таких знамени:
- Белое сульде (Цагаан сульдэ) — символ мира, мудрости и духовной силы.
- Чёрное сульде (Хар сульдэ) — олицетворение войны, мощи и гнева.
Их изготавливали из грив специально отобранных жеребцов — белых и чёрных, привязывая длинные волосы к копьям. Белое знамя состояло из девяти элементов: центрального большого штандарта и восьми меньших, расположенных вокруг. Число девять у монголов считалось священным, связанным с небом и высшей силой.
Эти знамёна были не просто военными регалиями — в них, по поверьям, обитал сам дух-хранитель Чингисхана. После его смерти культ сульде слился с культом великого завоевателя. Внук Чингисхана, Хубилай-каан, учредил ритуалы поклонения духу деда, а знамёна стали объектом поклонения в особых святилищах.
Невидимый бог войны
Монголы не создавали идолов или статуй своих божеств. Сульде считался бесплотным духом, невидимым, но ощутимым в победах и поражениях. Его иногда изображали на знамёнах в виде свирепого всадника с грозным лицом, но это был лишь символ, а не воплощение.
Посредниками между духом и людьми выступали шаманы. Они интерпретировали волю сульде, проводили обряды и приносили жертвы. Согласно преданиям, у Чингисхана был и живой талисман — молочно-белый жеребец с чёрными глазами, которого никогда не седлали. За ним ухаживали шаманы, веря, что через коня проявляется благоволение духов.
Жертвоприношение русских князей
Сульде был жадным до жертв божеством. Перед битвами и после побед ему приносили дары, чтобы заручиться поддержкой или отблагодарить за успех. Жертвами становились животные, а в крайних случаях — люди. Например, после битвы на Калке в 1223 году монголы, согласно некоторым источникам, принесли в жертву сульде захваченных русских князей и военачальников, задавив их досками во время пира победы.
Этот жестокий ритуал не был случайностью — считалось, что дух войны питается энергией смерти и страданий. Без жертв сульде мог разгневаться и лишить армию своей защиты.
Даже после распада Монгольской империи вера в сульде не исчезла. Знамя Чингисхана стало реликвией, а сам дух — частью национальной идентичности. В современной Монголии сульде по-прежнему почитают как символ силы, единства и связи с великим прошлым.

