Его отец, Яков Свердлов, был «чёрным дьяволом» революции, её неутомимым организатором и первым формальным главой Советского государства. Сын, Андрей, унаследовал лишь отцовскую тень и цинизм системы, которую тот помогал строить. История Андрея Свердлова — это путь «кремлёвского ребёнка», ставшего палачом для своих же друзей, трагическое падение в пучину террора, где жертва и преследователь оказались в одном лице.
Внебрачный сын «товарища Андрея»
Андрей родился в 1911 году вне брака — его мать, Клавдия Новгородцева, жила с Яковом Свердловым, который так и не развелся с первой женой. Любопытная деталь: названный в честь партийного псевдонима отца («товарищ Андрей»), в младенчестве он получил от него странное прозвище — «зверёк». Это детство прошло в Туруханской ссылке рядом с другим будущим «вождём» — Иосифом Сталиным, что позже сыграет свою роль.
Когда Яков Свердлов скоропостижно скончался в 1919 году, восьмилетний Андрей остался на попечении матери, занявшей видное положение в партии (она хранила «алмазный фонд Политбюро»). Он вырос в знаменитом «кремлёвском подворье», среди детей советской элиты, но тень великого отца и статус «внебрачного» отпечатались на нём навсегда.
Падения и взлёты «политически легкомысленного» юноши
Жизнь Андрея до войны была чередой метаний и скандалов. Он учился в трёх разных институтах, успел поработать на заводе имени Сталина. Но главное — его дважды арестовывали в 1935 и 1938 годах. На следствии вскрылись опасные разговоры: после XVI съезда молодой Свердлов заявил, что «Кобу [Сталина] надо кокнуть».
В кровавом 1937-м такие слова были смертным приговором. Но Андрея спасло заступничество могущественных родственников: его троюродным дядей был сам нарком НКВД Генрих Ягода. По другой версии, его «антисоветские» разговоры были провокацией, а аресты — инсценировкой, чтобы внедрить «зверька» в камеры к важным подследственным в качестве «наседки».
Как бы то ни было, в 1938 году вчерашний подследственный надевает форму следователя НКВД. По его собственным словам — «по указанию товарища Сталина». Так начался самый мрачный период его жизни.
Следователь Свердлов: жестокость как норма
На Лубянке «зверёк» проявил себя с неожиданной жестокостью. Полковник Мещеряков позже вспоминал, как Свердлов одним ударом выбил ему шесть зубов. Его излюбленным методом допроса было ломать пальцы подследственного дверью.
Но самое страшное — он не щадил своих. Вчерашние приятели по «кремлёвскому подворью» видели в следователе знакомого «Адика». Знакомая с детства Ханна Ганецкая, увидев его, воскликнула: «Адик!», надеясь на пощаду. В ответ она услышала лишь грубую брань и обвинение в «троцкизме».
Он допрашивал секретаря своего покойного отца, Елизавету Драбкину (получившую 17 лет лагерей), и дочь Марины Цветаевой, Ариадну Эфрон. Анна Ларина, жена Бухарина, знавшая Андрея с юности, ослепла на два дня от потрясения после его допросов. «Падение Андрея – отнюдь не досадное недоразумение, за этим скрывался безнравственный и беспринципный характер», — писала она.
Третий арест и жизнь после террора
Парадоксально, но карьера палача прервалась, когда он сам стал жертвой системы. В 1951 году, в разгар антисемитской кампании, полковника контрразведки Свердлова (еврея по матери) арестовали в третий раз. Поводом стал «целый арсенал диверсанта», найденный в его квартире: пистолеты, взрывчатка, яды. Андрей оправдывался, что получил оружие в 1941-м на случай падения Москвы и «забыл» его сдать.
Его спасла смерть Сталина в 1953 году. После падения Берии Свердлова уволили из органов — во многом благодаря жалобам возвращавшихся из лагерей. Поэт Александр Твардовский, встречавшийся с ним в 1960-е, отмечал в нём странную смесь «надменности» и «припугнутости». Опасаясь расправы, Свердлов даже попал в больницу с нервным тиком.
Найдя пристанище в Институте марксизма-ленинизма, он защитил диссертацию по истории. А позже, в содружестве с другим бывшим чекистом, начал писать... детективно-приключенческие книги для юношества, получая за них солидные гонорары. Сын «Чёрного дьявола» умер в 1969 году, его могила находится на Новодевичьем кладбище.
