История эта могла бы лечь в основу шпионского романа. В 2012 году, через 22 года после смерти генерала армии Ивана Серова, его внучка Вера затеяла ремонт на старой даче в подмосковном Архангельском. В гараже, при сносе стены, рабочие обнаружили странную кладку. Когда вскрыли нишу, оттуда показались два потрёпанных чемодана, набитых бумагами. Так спустя четверть века мир узнал о существовании тайных дневников первого председателя КГБ СССР — человека, который при Сталине организовывал депортации, при Хрущёве арестовывал Берию, а после опалы замуровал свои воспоминания в бетон, чтобы они не достались врагам.
Сенсация, разделившая историков
Содержимое чемоданов оказалось исписанным от руки на протяжении почти 6000 страниц. Серов фиксировал события с момента прихода на Лубянку в 1939 году, делая заметки на протяжении всей карьеры. Тайник хранил уникальные свидетельства: от единственной поездки Сталина на фронт до подробностей обнаружения трупа Гитлера, от признания в организации депортаций народов Кавказа до расследования судьбы Рауля Валленберга.
Публикацию дневников взял на себя Александр Хинштейн, в 2016 году выпустивший книгу «Иван Серов. Записки из чемодана» при поддержке Российского военно-исторического общества. Но вместо триумфального признания разразился скандал. Историк Борис Соколов в эфире «Эха Москвы»* усомнился в подлинности записей, назвав их фальшивкой, сфабрикованной Хинштейном.
Чемоданы в зале суда
Внучка генерала Вера Серова и публицист Хинштейн подали иск о защите чести и достоинства, требуя с радиостанции и историка 3,5 миллиона рублей. На судебное заседание в Пресненский суд истцы принесли один из чемоданов с оригиналами рукописей — как главное вещественное доказательство.
Адвокат Бориса Соколова просил приобщить дневники к делу, чтобы его клиент мог их изучить. Однако защита Хинштейна запротестовала, сославшись на «большую историческую ценность» материалов. Судья заявила, что изучение содержимого чемоданов «выходит за рамки данного судебного разбирательства». Историку предоставили лишь два часа, чтобы найти в многотомной рукописи отрывки, важные для иска.
Дело развалилось на процессуальных тонкостях: суд признал высказывания Соколова «оценочным мнением», не подлежащим проверке на соответствие действительности. Хинштейн и Серова проиграли иск, а вопрос о подлинности дневников так и остался открытым.
Сомнения и аргументы
Сторонники подлинности указывают на уникальные детали, которые невозможно было бы сфабриковать: неизвестные ранее обстоятельства допроса маршала Жукова, подробности операции по аресту Берии, фрагменты служебных документов из личного архива Серова. Сам факт существования тайника на бывшей даче, подтверждённый внучкой, также говорит в пользу подлинности.
Скептики обращают внимание на странности. Зачем опальному генералу, за которым следил КГБ, прятать воспоминания в стене гаража, если он годами работал над ними с женой-машинисткой и зятем-писателем? Историк Георгий Соколов, лично знавший Серова, замечает: многие знали о том, что бывший глава КГБ пишет мемуары ещё с 1960-х годов. Конспирация с замурованными чемоданами выглядит театрально, если об их существовании было известно.
Другая деталь вызывает вопросы: дневники обнаружили в 2012 году, но публикация состоялась лишь в 2016-м.
Человек своей эпохи
Иван Серов остаётся фигурой, о которой трудно судить однозначно. Волею судьбы он оказался в эпицентре важнейших событий XX века. Его подпись стоит под актом о капитуляции Германии в Карлсхорсте — на легендарной фотографии 8 мая 1945 года фигуру Серова обычно ретушировали по цензурным соображениям. Он лично участвовал в испытаниях атомной бомбы и стал первым пассажиром реактивного лайнера Ту-104. При этом Серов был прямым исполнителем депортаций чеченцев, ингушей и крымских татар, тех самых операций, которые сегодня называют этническими чистками.
Внучка генерала Вера Серова убеждена в подлинности найденных бумаг. «Дед очень хотел издать книгу воспоминаний, но его желанию противились в Кремле», — рассказывала она. Хинштейн в предисловии писал, что попытка кражи рукописей из дома Серова предпринималась, но не удалась.
Что касается суда, то исход был предрешён. Установить подлинность исторических источников — задача экспертов, а не Фемиды. Однако решение Пресненского суда, по сути, оставило главный вопрос без ответа. А чемоданы с дневниками так и остались лежать в архиве.
Возможно, истина где-то посередине. Сам факт ведения дневников для высокопоставленного чекиста был немыслимой дерзостью — такие записки могли быть приравнены к разглашению государственной тайны. Но даже в этом случае остаётся вероятность, что найденные рукописи — лишь часть того, что Серов действительно написал. Многие годы спустя тайна двух чемоданов по-прежнему не раскрыта.
* — организация, признанная иноагентом на территории РФ
