Тонька-пулемётчица: как на самом деле жила военная преступница после войны

Арест и казнь Антонины Гинзбург повергли в шок её семью и знакомых. После войны бывшая пособница нацистов, расстрелявшая, по некоторым оценкам, до двух тысяч человек, спокойно прожила 32 года. В белорусском Лепеле её знали как заслуженного работника и уважаемого ветерана войны.

Локоть – Кёнигсберг – Лепель

В августе 1945 года рядовой миномётчик гвардии Виктор Гинзбург лечился от последствий контузии в полевом госпитале. Здесь солдат познакомился с красивой санитаркой Тоней. О себе девушка рассказывала немногое – воевала, попала в плен, работала на немецком заводе... Однако это была далеко не вся правда.

Москвичка-комсомолка Антонина Макарова действительно пошла на фронт добровольцем в 1941 году, но о своих «приключениях» в плену она умолчала. Дело в том, что девушка оказалась в так называемой Локотской республике – оккупированном немцами районе Орловской области, где гражданскую власть осуществляли русские коллаборационисты. Антонина устроилась охранником в Локотскую тюрьму, а затем согласилась выполнять обязанности палача. На счету «Тоньки-пулемётчицы», как её прозвали узники – не меньше 168 расстрелянных жертв. Сбежав в конце войны в Восточную Пруссию, Тонька оформилась как остарбайтерша – для неё это был способ «замести следы».

После занятия Кенигсберга русскими Антонина сумела вновь поступить в Красную Армию. Ей не пришлось даже подделывать документы – на войне, а тем более в плену, утери бумаг были нередки. СМЕРШевцы, проверявшие Макарову весной 1945 года, поверили симпатичной девушке на слово. Она отслужила ещё несколько месяцев, а после демобилизации устроилась в госпиталь.

Антонина Макарова стала жить с Виктором Гинзбургом и официально вышла за него замуж в 1947 году. Поначалу семья оставалась в Калининградской области, в Черняховске и Гурьевске. Боясь разоблачения, Антонина предлагала переехать в Польшу, где у её мужа были родственники. Но в конце концов Гинзбурги обосновались в белорусском Лепеле. По иронии судьбы, именно в этом городе в 1943-44 годах зверствовали каратели Локотской республики, отступившие с Орловщины. Впрочем, Антонину Гинзбург здесь никто не знал.

Уважаемая горожанка

В 1961 году Тонька-пулемётчица устроилась на работу на Лепельский промкоминат. Эта отрасль не была ей чужда – ещё до войны девушка успела поработать вязальщицей на трикотажной фабрике. В Лепеле же она была контролёром по выпуску готовой продукции в швейном цехе. От предприятия Гинзбурги получили квартиру на улице Интернациональной.

Как вспоминали коллеги, в коллективе Антонина держалась несколько отстранённо. Когда устраивались посиделки с употреблением алкоголя, она оставалась «для приличия», но надолго не задерживалась, откровенных разговоров не заводила. В то же время контролёр цеха не чуралась общественных нагрузок:

«В промкомбинате она охотно бралась готовить к новогодней ёлке кулёчки с конфетами. Бегала по магазинам, чтобы приискать конфеты получше. Порадовать ребятишек», – писал в 1979 году спецкорреспондент газеты «Правда» Виктор Белоусов.

Как ветерану Великой Отечественной войны Антонине Гинзбург полагались льготы, она получала юбилейные медали. В Лепеле ей доверяли «патриотическую работу с молодёжью и юношеством».

В семейной жизни Антонины тоже всё обстояло благополучно. Она воспитала двух дочерей, дождалась внуков. И даже самые близкие люди не знали о страхе, засевшем в её душе.

Арест

В 1976 году в Брянске по чистой случайности был задержан экс-начальник Локотской тюрьмы Николай Иванин, который назвал настоящие имя и фамилию Тоньки-пулемётчицы. Гэбисты провели проверку 250 жительниц СССР, которых в девичестве звали Антонина Макарова. Однако в случае с Тонькой-пулемётчицей это было бесполезно – она сменила фамилию ещё до свадьбы. От рождения девочка была записана Антониной Макаровной Панфиловой. Все её родственники носили ту же фамилию. Но по ошибке школьной учительницы девочка стала Макаровой. Существование двух фамилий в одной семье заметили оперативники КГБ СССР, когда изучили анкету полковника Панфилова, собиравшегося выехать за границу. Он честно признавался, что у него есть сестра Антонина Гинзбург, в девичестве Макарова.

«Собранные данные послужили основанием к заведению в феврале 1977 г. на Гинзбург (Макарову) А.М. дела проверки «Садистка». При проверке Панфилова было выяснено, что Гинзбург А.М., как указал ее брат в своей автобиографии, в период войны находилась в плену у немцев», – сообщают авторы книги «Бургомистр и палач» Дмитрий Жуков и Иван Ковтун.

Чекисты провели серию опознаний, доставив в Лепель бывших узников Локотской тюрьмы. Лишь через год Антонину Гинзбург арестовали.

Когда об этом узнал Виктор Гинзбург, он не мог поверить в случившееся. Ветеран войны грозил пожаловаться в ООН – арест жены без каких-либо объяснений казался ему нарушением прав человека. Когда бывший миномётчик узнал, в чём обвиняют его супругу, то за одну ночь поседел. В некоторых публикациях утверждается, что он тут же уехал из Лепеля. Однако, по другой версии, Виктор Гинзбург сохранил преданность жене.

«За тридцать два года супружеской жизни я знал её только с положительной стороны», – писал муж Тоньки-пулемётчицы следствию.

После суда Виктор Гинзбург ходатайствовал о помиловании жены. Тем более странным выглядит отчуждение с её стороны. Оказавшись за решёткой, Антонина перестала общаться с семьёй. Когда её дочери позволили встретиться с ней, обе не смогли сказать ни слова. Возможно такое поведение Тоньки-пулемётчицы было одним из симптомов «психо-травматического раздвоения личности» (определение психиатра Александра Бухановского). Экс-коллаборационистку расстреляли 11 августа 1979 года.