«Сибирская жизнь», 29 июня 1908 года (по старому стилю). Огненный шар ярче солнца, дымный след, грохот на 40 вёрст вокруг. И сногсшибательная подробность: метеорит будто бы почти целиком врезался в землю, только его беловатая верхушка торчит над поверхностью. Статья была пугающе конкретной. Казалось, вот он — сенсационный материал века. Но эта же публикация стала роковой.
Суд над «ложным» метеоритом
Дальше, как в плохом анекдоте, сработала бюрократическая машина. Заметку в солидных «Санкт-Петербургских ведомостях» увидел академик Сергей Ольденбург. Он, человек науки, действовал по инструкции: немедленно отправил телеграмму енисейскому губернатору с просьбой прислать образцы уникального космического гостя.
Губернатор отписался быстро. Он сообщил, что его люди проверили информацию, и слухи о падении метеорита — не более чем газетная утка, ложь. В «Известиях Академии наук» за 1908 год появилось официальное опровержение. И на этом все забыли.
Но ведь у губернатора был и другой рапорт. 19 июня ему докладывали, что над селом Кежемским пролетел «громадных размеров аэролит», произведя звуки, подобные орудийным выстрелам, и исчез. Однако сопоставить эти два факта в голове чиновника не получилось: в одном случае он должен был подтвердить запрос академика, в другом — замять панику. Выбрали простой путь — отрицать.
А была ли катастрофа?
В подобной путанице и скрывается главная причина забвения. Если копнуть глубже, картина становится еще более мрачной. Властям и науке было, по сути, всё равно.
-
Безлюдность: Взрыв грохнул в глухой тайге, в 70 километрах от ближайшего поселения Ванавара. Массовых жертв не было. Гибель нескольких местных оленей and эвенкийских чумов не стояла в списке приоритетов империи.
-
Хаос эпохи: Российская империя образца лета 1908 года напоминала бикфордов шнур. Революция 1905-го только отшумела, но дым от пожарищ еще не рассеялся. Первая Дума была разогнана, вторая, третья... Реформы Столыпина шли полным ходом, по стране гуляли волны забастовок и террора. На фоне политического кризиса, борьбы с «красной заразой» и бесконечного выяснения отношений с элитами известие о каком-то грохоте в Сибири было не более чем раздражающим шумом.
-
Молчаливая пресса: В те дни в столичных и мировых газетах царила совсем иная тревога — катастрофическое наводнение в Китае. Сотни тысяч погибших требовали внимания, эфир был забит сводками из Поднебесной. Заметка о сибирском феномене утонула в потоке более громких и страшных новостей. А ведь даже если бы кто-то захотел поехать... Это стоило бешеных денег и каторжного труда. Сотни километров по болотам, гнус, вековая тайга. Легче было списать всё на выдумки.
Вот так формальное бюрократическое отношение к одной, пусть и ложной газетной заметке, закрыло дорогу к реальному феномену.
Случайная нить Леонида Кулика
Тунгусского метеорита могло не быть в истории вовсе. О нем забыли на полтора десятилетия. Случайная нить нашлась лишь в 1921 году, когда другой ученый — минералог Леонид Кулик — наткнулся на старую заметку в отрывном календаре. И, наконец, в 1927 году, спустя 19 лет после взрыва, он ступил на землю эпицентра. Он приехал к месту, равному по мощности тысячам Хиросим, чтобы первым начать поиски.
Николай II так и не узнал, что над его империей взорвалось нечто неведомое. Выяснять было некому и некогда. Мирная, по меркам того хаоса, катастрофа осталась незамеченной. Зато спустя годы она стала самой громкой и холодной загадкой, которую человечество безуспешно пытается отгадать до сих пор.
