«Тысяча восемьсот насмерть замерзший»: почему 1816 год считается самым холодным в истории
Что случилось на другом конце света
Ответ на этот вопрос начинается не в Европе, а в Индонезии. В апреле 1815 года на острове Сумбава произошло извержение вулкана Тамбора — крупнейшее в современной истории. Взрыв был настолько мощным, что выбросил в стратосферу огромное количество сульфатных аэрозолей, которые образовали своеобразный экран, отражающий часть солнечного света обратно в космос . По оценкам исследователей, эта взвесь покрыла площадь около девяти миллионов квадратных километров и привела к охлаждению Северного полушария примерно на три градуса Цельсия на протяжении трёх лет .
Сам по себе механизм был известен климатологам и раньше, но именно Тамбора стала тем «природным экспериментом», который позволил изучить последствия крупных извержений для климата Земли в деталях . Важно понимать: вулкан не «вызвал» 1816 год из небытия. Он наложился на уже существовавшие климатические колебания, и результатом стал год, который в европейской и североамериканской историографии закрепился как «Год без лета».
Насколько холодно было на самом деле
Если обратиться к цифрам, картина становится одновременно и впечатляющей, и неоднозначной. Исследования годичных колец деревьев в Центральной Европе показывают, что лето 1816 года было исключительно холодным — на несколько градусов ниже нормы. Одна из работ, основанная на хронологиях максимальной плотности древесины (MXD), фиксирует падение летних температур в Альпах на 4,7 градуса Цельсия относительно средних значений для 1816 года, что делает его самым холодным летом за период наблюдений . Для сравнения: аномально жаркое лето 2003 года, которое стало символом глобального потепления, в тех же хронологиях оценивается как превышение нормы на 1,8 градуса . То есть разрыв между «Годом без лета» и рекордно тёплым летом начала XXI века составляет более шести градусов — величина колоссальная для климатической системы.
Однако здесь есть важная методологическая тонкость. Реконструкции на основе ширины годичных колец, как показало более позднее исследование, могут завышать интенсивность похолодания 1810-х годов примерно на 1,5 градуса на десятилетнем масштабе из-за «биологической памяти» деревьев — замедленной реакции на предшествующие условия . То есть реальное похолодание было сильным, но, вероятно, не таким экстремальным, как показывают некоторые древесно-кольцевые реконструкции. Климатические модели, в свою очередь, дают более умеренные оценки: около одного градуса глобального похолодания в 1816 году . Для современного человека, привыкшего к разговорам об аномалиях в десятые доли градуса, даже один градус глобального среднего похолодания — это очень много. Для планеты в целом — это событие, которое случается раз в несколько столетий.
Почему «самый холодный» — это ещё и про людей
Но если отвлечься от градусов и обратиться к свидетельствам современников, становится понятно, почему именно 1816 год, а не какой-нибудь другой холодный год в истории, получил такое мрачное прозвище. В Европе и Северной Америке похолодание совпало с неурожаями, падежом скота и голодом. В Швейцарии, где лето 1816 года было особенно сырым и холодным, голодающие крестьяне ели траву и кору; в Ирландии разразился тиф, усугублённый нехваткой продовольствия; в Китае, в провинции Юньнань, аномальные холода и наводнения привели к массовой гибели людей . Гиллен Д'Арси Вуд, автор монографии о Тамборе, описывает эти события как worldwide climatological catastrophe, последствия которой ощущались от Швейцарии до Индии и Китая .
Именно этот человеческий опыт, а не абсолютные значения термометров (которых в 1816 году в массовом порядке ещё не было), закрепил за годом репутацию «самого холодного». Для крестьянина, у которого вымерз весь урожай, неважно, было ли похолодание на один градус или на три. Важно то, что хлеба не было. И в этом смысле 1816 год действительно был одним из самых страшных в истории Европы и Северной Америки — не по температуре воздуха, а по температуре человеческого отчаяния.
Что наука узнала благодаря Тамборе
Извержение Тамборы и «Год без лета» стали для климатологии тем же, чем для астрономии стало затмение: редкой возможностью проверить модели на реальном событии. Современные исследования используют Тамбору как тестовый случай для проверки того, насколько точно климатические модели воспроизводят последствия крупных вулканических извержений . Выяснилось, что модели неплохо справляются с глобальным похолоданием и изменением циркуляции атмосферы, но испытывают трудности с региональными деталями — например, с распределением осадков или реакцией муссонов .
Кроме того, изучение Тамборы позволило лучше понять, как вулканические аэрозоли влияют на углеродный цикл. Модельные эксперименты показали, что похолодание после извержения привело к снижению глобальных осадков примерно на 3,7% и временному изменению продуктивности растительности, хотя итоговый эффект для углеродного баланса оказался не таким однозначным . Это важно для понимания того, как климатическая система реагирует на внешние возмущения — будь то вулканы или, в нашем случае, выбросы парниковых газов.
Был ли 1816 год самым холодным в истории?
Строгий ответ: нет. В истории Земли были периоды куда более холодные — ледниковые эпохи, малый ледниковый период, отдельные годы с более экстремальными аномалиями в отдельных регионах. 1816 год не был самым холодным годом за всю историю наблюдений даже в Европе, если брать всю территорию и все сезоны. Но он был, вероятно, самым холодным летом в Центральной Европе за последние несколько столетий, и уж точно — самым холодным летом, которое совпало с массовым голодом и социальным потрясением в эпоху, когда общество ещё не имело систем социальной защиты и продовольственных резервов.
Прозвище «тысяча восемьсот насмерть замерзший» — это не научная дефиниция, а народная память. И в этой памяти отразилось не столько реальное падение температуры, сколько коллективная травма от неожиданного и жестокого удара стихии. Вулкан на другом конце света напомнил Европе о том, что климат не является фоном для человеческой истории — он является её действующим лицом. И 1816 год стал самым наглядным тому подтверждением за всю эпоху до начала глобального потепления.
