В 1997 году два американских геолога — Уильям Райан и Уолтер Питман из Колумбийского университета — опубликовали гипотезу, которая мгновенно стала сенсацией. Они утверждали: около 7 500 лет назад Средиземное море прорвалось через Босфор и затопило огромные пространства вокруг пресноводного Чёрного озера. Вода поднималась на пятнадцать сантиметров в день, уничтожая поселения первых земледельцев. Эта катастрофа, по их мнению, и легла в основу библейского рассказа о Ноевом ковчеге, шумерского эпоса о Гильгамеше и десятков мифов о потопе у разных народов . Гипотеза породила бестселлер, десятки экспедиций и почти тридцатилетнюю научную войну. Итог этой войны оказался неожиданным: катастрофа, похоже, была. Но совсем не такая, как её описали.
Откуда взялась идея «Черноморского потопа»
Логика Райана и Питмана строилась на простом геологическом факте. В конце последнего ледникового периода уровень Мирового океана был значительно ниже современного. Чёрное море тогда представляло собой замкнутое пресноводное озеро, отделённое от Средиземного порогом в районе Босфора. Когда ледники растаяли, уровень Средиземного моря поднялся и в какой-то момент перехлестнул через этот порог. Райан и Питман оценили, что вода хлынула с силой, в двести раз превышающей Ниагарский водопад, и подняла уровень Чёрного моря на десятки метров .
Их доказательства выглядели убедительно: на дне моря они нашли затопленные береговые линии и песчаные дюны, которые интерпретировали как следы древних пляжей. Из этого следовало, что уровень воды до потопа был на восемьдесят метров ниже нынешнего . Цифра впечатляла. Семьдесят тысяч квадратных километров суши — площадь, сопоставимая с целым государством, — якобы ушли под воду.
Что не так с «библейским» масштабом
Проблема заключалась в том, что песчаные отложения на дне моря — ненадёжный свидетель. Подводные течения перемалывают и перемещают их, и то, что выглядит как древний пляж, может оказаться просто переотложенным песком. Именно на это указал Ливиу Гиосан из Океанографического института Вудс-Хоул вместе с румынскими коллегами. В 2009 году они опубликовали результаты исследования, которое перевернуло картину .
Вместо того чтобы изучать дно моря, они пробурили сорокадвухметровую скважину в дельте Дуная. Дельта — это идеальный маркер уровня воды: она формируется точно на границе суши и моря и не смещается вверх или вниз без причины. В основании дельты они нашли пресноводные отложения, перекрытые морскими. Это подтверждало, что вода действительно приходила. Но датировка потребовала особой осторожности: обычные раковины моллюсков могли быть переотложены течениями. Гиосан использовал только те створки, которые оставались соединёнными — а значит, животное погибло именно в этом слое и не было перемещено .
Результат оказался скромнее. Уровень Чёрного озера перед прорывом был не на восемьдесят метров ниже современного, а примерно на тридцать. А подъём воды составил не пятьдесят-шестьдесят метров, а всего пять-десять. Затопленной оказалась не семьдесят тысяч квадратных километров, а около двух тысяч — примерно половина площади Род-Айленда, если пользоваться американскими мерками . Это всё ещё было событием, способным затопить плодородные земли в дельте Дуная и повлиять на жизнь людей. Но от библейского масштаба не осталось и следа.
Спор, который не закончился
Гиосан был не единственным критиком. Ещё в 2003 году международная команда под руководством Али Аксу из Мемориального университета Ньюфаундленда опубликовала данные, которые вообще отрицали потоп. Изучая дельты, донные отложения и остатки морских организмов у южного конца Босфора, они пришли к выводу: семь с половиной тысяч лет назад Чёрное море уже было полным, не очень солёным, и из него вытекало больше воды, чем втекало. Течение через Босфор было двусторонним, как и сегодня: солёная вода шла внизу, опреснённая — наверху. Никакого прорыва не было .
Райан и Питман, впрочем, не сдались. Они настаивали, что их данные о затопленных береговых линиях и дюнах остаются в силе, а критика лишь уточняет детали . Часть научного сообщества действительно признавала сам факт прорыва, но спорила о его скорости и масштабе. Другие, как Валентина Янко-Хомбах, чьи работы по Чёрному морю были известны задолго до гипотезы Райана и Питмана, указывали: уровень воды в Босфоре неоднократно менял направление за геологическую историю, и гипотеза о катастрофическом прорыве плотины не выдерживает проверки .
Что осталось от сенсации
Сегодня «Черноморский потоп» в том виде, в каком он прогремел в 1997 году, большинством специалистов воспринимается как красивая, но сильно преувеличенная история. Прорыв средиземноморских вод, вероятно, произошёл — но он был медленнее, поднял воду меньше и затопил куда меньшую территорию, чем предполагалось изначально. И случился он, по уточнённым данным, раньше: около 7 400 года до н. э., а не 5 600 .
Это не отменяет того, что для людей, живших в дельте Дуная или на низких берегах древнего озера, подъём воды на пять-десять метров мог быть катастрофой локального масштаба. Потеря двух тысяч квадратных километров плодородной земли — это серьёзно для неолитических общин, чьё выживание зависело от земледелия . Но из этого события не выводится ни Ноев ковчег, ни всемирный потоп. Мифы о катастрофических наводнениях существуют у сотен народов, живущих вдали от Чёрного моря, и сводить их все к одному геологическому эпизоду — натяжка.
История с «Черноморским потопом» показательна для науки. Она показывает, как легко красивая гипотеза, подкреплённая эффектными цифрами, захватывает воображение — и как трудно потом от неё отказаться, даже когда данные говорят обратное. Райан и Питман не были шарлатанами. Они предложили проверяемую идею. Другие учёные её проверили. Идея не выдержала проверки в том масштабе, в каком была заявлена. Чёрное море действительно поднималось. Но оно не топило мир.
