Леонид Ильич Брежнев любил застолья. И не только сам — он искренне радовался, когда выпивали окружающие. При нем кремлевские банкеты стали нормой, а по рекам и каналам страны поплыли первые «банкетные» теплоходы. Но личные пристрастия генсека обернулись тяжелой статистикой: к концу его правления потребление алкоголя на душу населения в СССР выросло в два с половиной раза. А 1980 год стал абсолютным антирекордсменом — 10,8 литра чистого спирта на каждого человека, включая стариков и младенцев.
Как же получилось, что страна, строившая коммунизм, оказалась в плену «зеленого змия»?
Парадоксы «золотого времени»
Брежневская эпоха — время глубочайших противоречий. С одной стороны, советский человек никогда не жил так материально хорошо. Магазины ломились от товаров, автомобили перестали быть фантастикой, а бытовая техника прочно вошла в обиход. К 1980 году СССР занимал второе место в мире по объему промышленного производства, входя в элитную пятерку держав, способных выпускать продукцию любого уровня сложности.
С другой стороны, экономика уже начинала пробуксовывать, производительность труда падала, а политическая жизнь напоминала болото. Брежнев искренне заботился о том, чтобы «на столе советского человека было всё», но на практике это «всё» часто заканчивалось. Дефицит стал привычным спутником жизни: люди, наученные опытом, закупали продукты впрок, и полки пустели быстрее, чем их успевали наполнить. Но был один товар, который не переводился никогда. Алкоголь.
Цифры, которые не врут
Рост потребления спиртного начался не при Брежневе — тенденция обозначилась еще в послевоенные годы. В 1950-м среднестатистический советский гражданин выпивал 1,9 литра спирта в год. К 1960-му показатель вырос до 3,5 литра. А дальше график пошел круто вверх.
1964 год (приход Брежнева к власти) — 4,2 литра.
1970 год — 6,5 литра.
1980 год — 10,8 литра.
1982 год (смерть генсека) — 10,3 литра.
В пересчете на привычные единицы это примерно 54 бутылки водки или 120 бутылок вина в год на каждого — от грудничка до пенсионера. Показатель 1980-го стал историческим максимумом для СССР. Примечательно, что этот же год считается одним из самых «тучных» в экономическом смысле — нефтедоллары лились рекой, и страна купалась в иллюзии благополучия.
Экономика вместо морали
Почему власть, декларировавшая борьбу за здоровый образ жизни, фактически спаивала население? Историки называют две основные причины.
Первая — социально-психологическая. Энтузиазм 1930-х и послевоенного десятилетия угас. Идеологические ориентиры стерлись, высокие цели оказались достигнуты или отодвинуты в неопределенное будущее. Человек остался один на один с серой, бессобытийной повседневностью. Водка стала доступным способом эту повседневность раскрасить.
Но была и вторая причина, куда более прозаичная — деньги. Историк Василий Попов прослеживает корни брежневского «запойного» государства еще в сталинскую эпоху. После войны население неожиданно стало меньше пить, предпочитая тратить деньги на конфеты и промтовары. Государственный бюджет, привыкший к «пьяным» деньгам, зашатался. Реакция последовала незамедлительно: в конце 1940-х цена бутылки водки упала с 60 до 30 рублей, а производство выросло в полтора раза. Эффект оказался мгновенным. К 1953 году продажи алкоголя превысили довоенный уровень на 22%.
При Брежневе этот механизм заработал на полную мощность. В 1962 году продажи алкоголя составляли 226% от уровня 1940-го, в 1970-м — 439%, а в 1980-м — 777%. В денежном выражении реализация спиртного выросла со 100 до 170 миллиардов рублей. По некоторым оценкам, алкоголь давал треть всех доходов от торговли продовольствием и около 16% всего товарооборота СССР.
Казна нуждалась в деньгах, и казна их получала. Любой ценой.
Кампания, которая ничего не изменила
В 1972 году партия объявила войну пьянству. Постановление «О мерах по усилению борьбы против пьянства и алкоголизма» ограничило продажу крепких напитков пятью часами в день (с 11 до 19), запретило полулитровые и стограммовые «чекушки», а также водку крепостью 50 и 56 градусов. Пьяниц начали отправлять в лечебно-трудовые профилактории, сцены застолий вырезали из фильмов.
Но была одна деталь. В том же постановлении отдельно оговаривалось расширение производства пива, вина, портвейна и вермута. Кандидат исторических наук Марина Клинова поясняет: руководство страны прекрасно понимало, что полностью отказаться от алкогольных доходов нельзя. Поэтому потребителя просто переориентировали с водки на более легкие, но все равно облагаемые налогом напитки.
Борьба с пьянством обернулась его легализацией в новых формах. Казна не пострадала.
Наследие «застоя»
Брежневская эпоха ушла в прошлое, но оставила тяжелое наследство. Советский Союз рухнул, а привычка «расслабляться» по-русски осталась. Сегодня потребление алкоголя в России составляет 9,7 литра спирта на душу населения — чуть ниже, чем в «тучном» 1980-м, но по-прежнему катастрофически много.
Экономическая целесообразность, помноженная на социальную апатию, — вот рецепт самого пьяного периода в истории страны. И лекарство от него, кажется, не найдено до сих пор.
