Зимой 1916 года британская разведка всерьёз сомневалась, что Эрзурум вообще можно штурмовать. Турецкая армия так не думала: ей казалось, что природа уже всё решила. Горные массивы Понтийского Тавра, морозы до сорока градусов ниже нуля, одиннадцать фортов, опоясавших город кольцом, артиллерия на господствующих высотах — всё это делало Эрзурум ключом к Восточной Анатолии, который никому ещё не удавалось повернуть.
Николай Николаевич Юденич повернул его за тридцать шесть дней.
Эрзурумская операция января–февраля 1916 года по праву входит в число наиболее блестящих оперативных достижений русской армии за всю Первую мировую. Она не стала хрестоматийной — война на Западном фронте затмевала всё, — но военные теоретики изучали её схему ещё десятилетия.
Человек, знавший горы
Юденич командовал Кавказской армией с апреля 1915 года, а Кавказским военным округом — ещё дольше. Он знал этот театр не по картам: предшествующие кампании 1914–1915 годов, в том числе сарыкамышская оборона декабря 1914 года, когда русские войска разгромили окружавшую их турецкую 3-ю армию в тех же горах, дали ему понимание, которого не купишь ни за какой штабной опыт.
Принцип Юденича был прост и жесток: противник ждёт, что зима остановит наступление. Значит, наступать надо именно зимой.
Подготовка к операции шла несколько месяцев. Тыловые службы накапливали запасы продовольствия, фуража, боеприпасов. Разведка методично вскрывала систему турецких укреплений. Войска получали тёплое снаряжение — урок Сарыкамыша, где тысячи людей погибли от обморожений, был усвоен. Параллельно проводились демонстративные манёвры, призванные убедить штаб Махмуда Камиль-паши, что русские готовятся к обороне.
Как был составлен план
Эрзурумский укреплённый район состоял из двух поясов фортов. Внешний — цепь укреплений на господствующих высотах; внутренний — непосредственно у города. Лобовой штурм самых сильных позиций вёл к катастрофическим потерям — это понимали все. Юденич выбрал другое.
Главный удар наносился через Кеприкёйскую долину и далее на Деве-Бойну — относительно более доступное направление, — но одновременно вспомогательные группы связывали силы противника по всему фронту, создавая у Камиль-паши картину общего наступления. Когда же наметился прорыв, именно туда срочно перебрасывались резервы — до того как турецкий штаб успевал среагировать.
Ключевую роль в расчётах играла артиллерийская подготовка. Кавказская армия уступала противнику по числу орудий на ряде участков, однако Юденич добился концентрации огня именно там, где планировался прорыв, и именно в тот момент, когда пехота должна была идти вперёд.
Начало: 10 января в темноте и метели
Наступление открылось в ночь с 10 на 11 января 1916 года (по новому стилю — 23 января). Войска двинулись под прикрытием метели. Температура держалась около тридцати градусов мороза. Снегопад, который в другой армии мог бы стать поводом перенести атаку, Юденич использовал как союзника: турецкие наблюдатели ничего не видели, пока русские колонны не вышли к передовым позициям.
В первые двое суток сопротивление оказалось упорным. Турецкая 3-я армия, хотя и понёсшая тяжёлые потери под Сарыкамышем и в ходе последующих боёв 1915 года, занимала подготовленные позиции и держалась. Но нарастающее давление по всему фронту сковывало манёвр резервами. Передвижение в горах при морозах делало переброску войск медленной и мучительной.
К 14–15 января наступил перелом. Русские войска прорвали линию фортов на Кеприкёйском участке; корпус Пржевальского давил с севера. Попытки Камиль-паши восстановить положение контрударами успеха не имели: перехваченная инициатива больше не возвращалась.
Форт за фортом
Русские колонны двигались по горным тропам, которые при нормальных условиях считались непроходимыми для войск с артиллерией. Орудия тащили на руках. Обозы растягивались на километры. Снабжение то прерывалось, то восстанавливалось.
16 февраля 1916 года Эрзурум пал. Русские войска вошли в город, захватив 13 тысяч пленных, более трёхсот орудий и огромные склады с провиантом и снаряжением. Турецкая 3-я армия как организованная сила на несколько месяцев фактически прекратила существование.
Общие потери Кавказской армии в ходе операции составили около восьми–девяти тысяч человек убитыми и ранеными — значительная цифра, но несопоставимая с тем, что давали лобовые штурмы укреплений на Западном фронте.
Почему это сработало
В полном смысле слова — редкое сочетание факторов, ни один из которых сам по себе не был решающим.
Внезапность. Турецкое командование не верило в зимнее наступление и ошиблось. Разведывательное обеспечение операции позволило Юденичу атаковать там, где его не ждали.
Дисциплина тылового обеспечения. Кавказская армия не повторила сарыкамышской катастрофы с обморожениями: подготовка к операции в части снабжения тёплым обмундированием и продовольствием была проведена методично.
Правильный выбор направления главного удара. Юденич не ломился в самые укреплённые форты — он нашёл стык, где оборона была слабее, и туда направил основные усилия.
Управление темпом. Как только прорыв наметился, он не дал противнику времени на перегруппировку. Это требовало постоянного давления, и войска его выдержали.
Что дала победа
Взятие Эрзурума открыло путь вглубь Анатолии. В апреле 1916 года Кавказская армия заняла Трапезунд — единственный значимый черноморский порт, остававшийся у Турции на этом направлении. Турецкое командование было вынуждено перебросить на Кавказский фронт дополнительные силы, что косвенно облегчило положение британских войск в Месопотамии.
Стратегически операция лишила Турцию важнейшей базы на востоке страны и поставила под угрозу её позиции в Иране. Восстановить утраченное в полной мере до конца войны не удалось.
