Захват танкера «Московский университет»: чем это закончилось для сомалийских пиратов
Ранним утром 5 мая 2010 года нефтяной танкер «Московский университет» следовал привычным курсом вдоль побережья Сомали. На его борту находились 23 члена экипажа, все — граждане России, а в трюмах — 86 тысяч тонн сырой нефти, следовавшей в Китай. Судно шло под либерийским флагом, что, впрочем, не вводило в заблуждение сомалийских пиратов: они знали, кому принадлежит этот огромный танкер.
Вахтенный помощник заметил на горизонте подозрительные быстроходные цели. Пиратские лодки устремились наперерез судну, а спустя мгновение по танкеру ударили из гранатомёта. Капитан Юрий Тульчинский вышел на связь и вызвал помощь. По счастливой случайности в регионе, у острова Сокотра, находился большой противолодочный корабль Тихоокеанского флота «Маршал Шапошников», только что отпустивший это судно из сопровождения.
Экипаж танкера отчаянно оборонялся: моряки стреляли в нападавших из самодельных рогаток гайками и шарами от подшипников. Когда импровизированные боеприпасы закончились, пираты закинули штурмовую лестницу и ворвались на борт. Капитан принял единственно верное решение: увести команду в румпельное отделение и забаррикадироваться. Моряки подперли двери металлической сеткой, уложили швартовые концы — получилась четырёхметровая преграда. Танкер обесточили и обездвижили, он лёг в дрейф.
Пираты удерживали судно двадцать часов. Всё это время «Маршал Шапошников» шёл на полной скорости — до танкера было около восьмисот километров и восемнадцать часов пути.
Двадцать две минуты, решившие всё
В ночь на 6 мая большой противолодочный корабль прибыл к месту происшествия. С борта «Шапошникова» в небо поднялся вертолёт под управлением подполковника Владимира Ковальчука. Машина не была бронирована — пули могли прошить корпус в любой момент. Пираты открыли огонь, но лётчик, ловко маневрируя под обстрелом, сумел выполнить задачу: осмотреть палубу и определить расположение бандитов.
Морские пехотинцы высадились на танкер с катеров и вертолёта. Пираты открыли ответный огонь из стрелкового оружия. В перестрелке один из них был убит, десять захвачены в плен. Весь штурм занял 22 минуты.
Но самая удивительная деталь: экипаж «Московского университета» не пострадал. Моряки, забаррикадировавшись в румпельном отделении, сумели продержаться до прихода спецназа. Как позже отметил командир группы российских боевых кораблей Ильдар Ахмеров, успех операции был предопределён внезапностью.
Правовой тупик
Казалось бы, история должна была завершиться торжеством справедливости: десять пиратов — в наручниках, их должны судить по всей строгости закона. Следственный комитет при прокуратуре РФ объявил, что захватчиков доставят в Москву и привлекут к уголовной ответственности по статье 227 УК РФ («Пиратство»), предусматривающей наказание от пяти до пятнадцати лет лишения свободы.
Однако уже 7 мая Министерство обороны России официально подтвердило: пираты отпущены. Глава Генштаба ВС РФ Николай Макаров объяснил это просто: «Правовых основ для их задержания у нас нет».
Проблема была глубже, чем казалось. Сомали, страна происхождения пиратов, не имела правовой инфраструктуры для проведения судебных процессов. Россия не могла судить их на своей территории, поскольку международное право не давало чётких оснований для экстрадиции. Пиратов разоружили, изъяли у них средства навигации, посадили в надувную лодку и отправили в открытое море.
Показательный момент: задержанные сомалийцы утверждали, что сами были заложниками, а настоящие пираты скрылись, увидев приближение «Маршала Шапошникова». Члены экипажа танкера не могли ни подтвердить, ни опровергнуть эту версию — вблизи они нападавших не видели.
Исчезновение в море
Через час после того, как пиратов высадили в надувную лодку, их сигнал исчез с радаров российского корабля. 11 мая источники в Министерстве обороны сообщили: пираты, скорее всего, не добрались до берега и погибли.
Эта новость породила бурные споры. Западные СМИ писали, что спецназовцы могли расстрелять пиратов. Однако официальные лица категорически отрицали это. 18 мая министр обороны Сергей Иванов заявил: если пираты погибли, то отнюдь не по вине российских моряков или спецназовцев. Капитан танкера Юрий Тульчинский, вернувшись в Москву, подтвердил: «Пираты были собраны, допрошены, посажены в лодку и выпущены».
Посол Сомали в Москве Мохаммед Хондула в те дни говорил сдержанно: «Умерли они или нет, это не должно вас интересовать. Пока нет никаких данных, говорящих о том, что они могут быть живы или прибыли на берег». При этом он одобрил действия российских властей и заявил, что Сомали не будет предъявлять претензий, если выяснится, что пираты погибли.
Урок, который запомнили надолго
Операция по освобождению «Московского университета» стала поворотным моментом в борьбе с сомалийским пиратством. Президент Дмитрий Медведев поблагодарил Министерство обороны за чёткую работу и поручил представить к наградам всех участников спасательной операции. В июле 2010 года в Кремле состоялось награждение капитана танкера и других отличившихся.
Но главный урок был усвоен не в Кремле, а в пиратских логовах сомалийского побережья. С 2010 года, как отмечают специалисты, нападения на российские суда практически прекратились. Жесткий и бескомпромиссный подход России к освобождению заложников — без переговоров, без выкупа — заставил пиратов задуматься о соотношении риска и выгоды. А финал истории с десятью пиратами, отпущенными в открытое море без навигационных приборов, стал мрачным предостережением для всех, кто промышлял морским разбоем у берегов Африканского Рога.
В 2010 году «Московский университет» стал последним российским судном, захваченным сомалийскими пиратами. И — пожалуй, единственным, после которого сами пираты уже не могли рассказать, чем для них всё закончилось.
