Екатерине II приписывают запрет на каменные дома в Сибири. Но в законодательстве такого указа нет. Запрет действительно был — петровский, недолгий и почти не повлиявший на облик городов. Сибирь осталась деревянной по другим причинам, и притом вопреки стараниям екатерининской администрации.
Проверить утверждение о царском указе несложно. Законодательство Российской империи с 1649 года собрано в Полном собрании законов, и указы Екатерины II там изданы подряд, год за годом. Запрета на каменное строительство в Сибири среди них нет. Нет его и в работах историков сибирской архитектуры, в том числе в монографии Светланы Копыловой «Каменное строительство в Сибири», специально посвящённой этому вопросу.
Зато в том же собрании законов есть другой указ, и он объясняет, откуда могла взяться путаница.
Указ 1714 года: весь камень в Петербург
9 октября 1714 года Пётр I запретил «во всём государстве» строить каменные здания, кроме Санкт-Петербурга. Нарушителям грозило «разорение всего имения и ссылка». Логика была простой. Новую столицу возводили на болотах, а каменщиков в стране не хватало. Указ заставлял мастеров, оставшихся без работы в провинции, ехать на Неву.
Камень собирали и натурой. Речное судно, приходившее в Петербург, обязано было привезти десять камней, морское тридцать, крестьянская подвода три. Камни сдавали у заставы, иначе путь в город был закрыт.
Сибирь подпадала под действие указа наравне со всеми. Но для неё он мало что поменял. К 1714 году каменных построек за Уралом было наперечёт. Первым каменным зданием Сибири стал Софийско-Успенский собор в Тобольске, построенный в 1681–1686 годах. В Иркутске в 1706–1710 годах возвели Спасскую церковь, старейшую сохранившуюся каменную постройку Восточной Сибири. Остальное строили из леса, как и сто лет до этого.
Запрет продержался недолго. После смерти Петра его перестали соблюдать, и к концу 1720-х годов он утратил силу.
Что Екатерина делала на самом деле
Екатерина II занималась сибирскими городами всерьёз, но в противоположном направлении. В декабре 1762 года, через несколько месяцев после её воцарения, появилась Комиссия о каменном строении Санкт-Петербурга и Москвы. Вскоре её работа распространилась на провинцию: комиссия составляла регулярные планы губернских и уездных городов.
Регулярный план означал прямые улицы, площади, кварталы правильной формы и застройку строго по линии улицы. Каждый план получал высочайшую конфирмацию, то есть его подписывала сама императрица. В последней трети XVIII века такие планы получили Тобольск, Иркутск, Томск и другие сибирские города.
Камень в этих планах предназначался прежде всего для центра: соборов, присутственных мест, гостиных дворов. Частным владельцам строить из кирпича не запрещали. Напротив, власть хотела видеть каменные дома на главных улицах. Требование было одно: строить по плану, а не там, где удобно хозяину.
Почему камень не прижился
Разрешения было мало. Сибирские города оставались деревянными по экономическим причинам.
Цена. Кирпич и известь в Сибири производили в небольших объёмах. Лес стоял рядом и стоил дёшево, а часто и вовсе ничего, если хозяин рубил его сам. Каменный дом требовал крупных денег сразу, и позволить его себе могли казна, церковь и богатые купцы.
Мастера. Каменщиков на казённые стройки нередко выписывали из европейской России. Плотники же жили в каждом городе и селе, и сибирская плотницкая школа считалась одной из лучших в стране.
Климат. Хороший сруб тёплый уже при обычной толщине стены. Чтобы каменный дом не промерзал сибирской зимой, стены нужно было класть толще и тщательнее, а это снова упиралось в деньги и мастеров.
Привычка. Деревянный дом проще чинить, перестраивать и даже перевозить. Для горожанина, который не знал, где окажется через двадцать лет, это был весомый довод.
Пожары.
У камня был один сильный союзник: огонь. Деревянные города горели регулярно, и сибирские не были исключением. В 1788 году пожар уничтожил большую часть Тобольска. Город восстанавливали уже по регулярному плану, с широкими улицами, которые должны были мешать огню перекидываться от дома к дому.
Это был главный практический смысл екатерининских планов. Власть не могла заставить горожан строить из кирпича, на субсидии у казны денег не было. Но она могла развести дома, расширить улицы и потребовать, чтобы новые постройки ставились по линии, а не как придётся. Против огня это помогало больше, чем указы о материалах.
Что получилось к концу века
К 1800 году сибирские города выглядели иначе, чем при Петре, но каменными так и не стали. В Тобольске, крупнейшем городе Западной Сибири, каменным был кремль с собором, архиерейским домом и гостиным двором. Иркутск разбогател на кяхтинской торговле с Китаем, и его купцы начали строить кирпичные дома, но это были отдельные здания, а не улицы. В Томске каменных построек было ещё меньше.
Массовое каменное строительство пришло в Сибирь только во второй половине XIX века, когда выросло городское население, появились свои кирпичные заводы, а затем и железная дорога.
