Столица, стоящая на прочном гранитном фундаменте — далекая от сейсмических разломов — на первый взгляд, должна чувствовать себя в полной безопасности. Однако история «Белокаменной» знает случаи, когда земля буквально уходила из-под ног, а древние летописцы в ужасе хватались за перья.
«Поколебался весь город»
Первое официально задокументированное землетрясение застало москвичей врасплох ранним утром 1 октября 1445 года. Историк Николай Карамзин позже описал это событие так: «В шестом часу нощи... поколебался весь город, Кремль и посад, домы и церкви; многие обеспамятели от страха, думая, что земля отверзает недра свои для поглощения Москвы». Люди выбегали на улицы в панике, а колокола на церквях зазвонили сами собой от подземных толчков.
Тогда наибольшие разрушения пришлись на стены Алексеевского монастыря, который сегодня уже не сохранился. Москвичи восприняли это как мрачное предзнаменование: совпадение с освобождением князя Василия II из татарского плена одни сочли «благовестом», другие — началом конца света.
Гнев земли или плохой раствор?
Спустя почти три десятилетия, в 1472 году, история повторилась с гораздо более серьезными последствиями. Почти достроенный Успенский собор в Кремле внезапно рухнул. В те времена мастера грешили на плохой известковый раствор, однако исследования середины XX века показали истинную причину — сейсмические толчки силой до 6 баллов.
Землетрясение 14 октября 1802 года оказалось более «вежливым»: всего за минуту Москву сотрясли два-три толчка. Карамзин отмечал, что стихия не наделала серьезных разрушений, лишь в стенах некоторых погребов пошли трещины. Но жители высотных зданий (по меркам того времени — нескольких этажей) запомнили это навсегда: качались люстры и даже двигалась мебель. Считается, что свидетелем этого буйства природы стал трехлетний Александр Пушкин.
Румынский след и высотки МГУ
XX век принес новые «встряски», и виной тому стала география. Самое сильное землетрясение в истории столицы случилось 4 марта 1977 года. Его эпицентр находился в румынском районе Вранча, где подземные удары достигали 8-9 баллов. Сейсмические волны докатились до Москвы, вызвав переполох.
В отдельных районах Москвы и на верхних этажах высоток сила толчков доходила до 5 баллов. Особенно досталось жителям верхних этажей главного здания МГУ на Воробьевых горах — там колебания ощущались почти как 7 баллов. Очевидцы вспоминали, как открывались дверцы шкафов, звенела посуда, а кто-то в панике пытался выпрыгнуть с балкона.
Подобные отголоски Вранчанских землетрясений Москва ощущала также в 1940, 1986 и 1990 годах.
Тряска из Охотского моря и австралийские отзвуки
Самое неожиданное землетрясение произошло совсем недавно, в 2013 году. 24 мая в 9:44 утра в домах москвичей зашатались люстры. Оказалось, это дошли отголоски мощнейшего 8-балльного толчка в Охотском море, очаг которого залегал на глубине более 600 километров. Колебания были слабыми — всего 2-3 балла, но этого хватило, чтобы эвакуировать около тысячи человек из офисов и паниковать в социальных сетях.
Были в истории и вовсе экзотические случаи. В 1945 году сейсмографы зафиксировали колебания почвы, вызванные катастрофой в Австралии. Правда, смещение составило жалкие 114 микронов — обычный москвич этого просто не заметил.
Почему трясет Москву?
Как поясняют ученые, Москва стоит на толстой и стабильной тектонической плите, поэтому своих «родных» очагов землетрясений здесь нет и быть не может. Но древние геологические разломы ведут себя как звуковая колонка: они передают колебания от сильнейших катастроф, происходящих в сейсмических поясах Карпат и даже на Дальнем Востоке. Словно эхо, гуляющее по каменному полу, эти волны доходят до столицы, заставляя высотки слегка дрожать.
Хотя поводов для паники нет (интенсивность толчков редко превышает 3-4 балла), нельзя исключать, что когда-нибудь московское «эхо» снова напомнит о себе. Пока же недра под столицей хранят молчание.
