Существует версия, что после войны Сталин готовил арест и расстрел маршала Жукова за измену. Эта версия получила распространение во многом благодаря мемуарам самого Георгия Константиновича. В наше время она дополнилась предположениями о том, что Жуков ещё перед войной наметил свержение Сталина и, пользуясь своим положением начальника Генштаба, подстроил поражения советских войск в начале войны с Германией. Это было нужно Жукову якобы для того, чтобы подорвать авторитет Сталина и тем легче осуществить переворот. Попробуем разобраться, насколько обоснованны эти обвинения.
До войны и в её начале
Начнём с того, что до войны Георгий Жуков не был широко известен в стране, и даже среди военных его имя не пользовалось большим весом. На первый план выдвинулись Семён Тимошенко, Григорий Кулик и Борис Шапошников, которым в мае 1940 года было присвоено звание маршалов Советского Союза. Из них самое заметное место занял Тимошенко, сменивший Ворошилова на посту наркома обороны. Про Жукова знали лишь то, что он в августе 1939 года командовал (причём не один) операцией против японцев на Халхин-Голе. В январе 1941 года Жуков был назначен начальником Генерального штаба.
Если Жуков что-то и мог замышлять против Сталина перед войной или в начале войны, то он, в силу своего масштаба, не мог быть центральной фигурой какого-либо заговора. Но во время войны у Сталина не возникало сомнений в глубокой личной преданности Жукова, которого он посылал на самые сложные участки ликвидировать наибольшие угрозы Советскому Союзу. В августе 1942 года Сталин сделал Жукова своим первым заместителем на постах как Верховного Главнокомандующего, так и наркома обороны. Это означало, что, если со Сталиным что-то случится, его место автоматически займёт Жуков.
Теория о том, что Жуков намеренно подставлял войска, чтобы ослабить Сталина, не выдерживает критики по одной простой причине: уничтожение собственной армии не входило в планы будущего диктатора — ему ведь предстояло этой армией управлять. Кроме того, обратим внимание на такой факт: если следовать этой теории, то выходит, что либо Сталин перед войной арестовывал и расстреливал не тех, кого следовало (но какой тогда из него «великий вождь»?), либо весь командный состав Красной Армии участвовал в заговоре с целью свержения Сталина. Оба вывода выглядят абсурдно.
Великая Отечественная война принесла Жукову славу и авторитет. Только после неё он мог сыграть политическую роль, и именно тогда, когда угроза этого могла стать реальной, Сталин начал действовать.
Опала Жукова в 1946 году
В марте 1946 года Сталин неожиданно снял Жукова с поста командующего группой советских войск в Германии и назначил на почётную, но зависимую должность главкома сухопутных сил в ранге простого заместителя министра вооружённых сил СССР. А 1 июня 1946 года на заседании Высшего военного совета Сталин объявил Жукову своё решение о снятии его с этой должности и переводе из Москвы.
Об этом заседании сохранилось несколько противоречивых свидетельств, включая свидетельство самого Жукова. Трактуя их, одни историки, вслед за Жуковым, утверждают, что Сталин собирался немедленно арестовать его, но побоялся реакции военных, которые на заседании в своём большинстве стали защищать Жукова. Иные, основываясь на свидетельствах маршала Ивана Конева, адмирала Николая Кузнецова и других, считают, что военные вовсе не единодушно выступили в защиту Жукова. Они справедливо указывают, что Сталин, если бы хотел, то арестовал бы Жукова, как это делалось в других подобных случаях – тайно и моментально, избегая множества свидетелей.
На заседании Высшего военного совета были зачитаны показания арестованного незадолго до того главкома ВВС главного маршала авиации Александра Новикова. В них, среди прочего, говорилось, что Жуков вёл разговоры против Сталина и сколачивал вокруг себя группу недовольных генералов и офицеров. Новикова арестовали 30 апреля 1946 года по обвинению во вредительстве, и из него выбивали показания против Жукова. И он, в конце концов, их подписал. По версии самого Новикова, следователей интересовали не причины брака в авиации, а компрометация Жукова: «Я был орудием в их руках».
Из показаний Новикова следовало, что Жуков, встречаясь с ним на фронте, в дружеских беседах обсуждал деятельность Ставки и правительства, в ряде случаев нелестно отзывался о Сталине. Суть показаний сводилась к тому, что маршал Жуков — человек политически неблагонадёжный, недоброжелательно относится к ЦК и правительству, ставилась под сомнение его партийность. Кроме того, Жукова обвинили в присвоении трофеев из Германии — было задержано семь вагонов с мебелью. Сталин же лично обвинил маршала в зазнайстве и присвоении себе чужих заслуг: «Что же выходит, все мы были дураки? Только один товарищ Жуков был умным?».
Если бы Сталин в тот момент действительно боялся заговора, во главе которого стоял Жуков, то уничтожил бы маршала. Но реальность оказалась иной. Сталин, выслушав предложение Берии об аресте Жукова, сказал: «Нет, Жукова арестовать не дам. Не верю во все это. Я его хорошо знаю. Я его за четыре года войны узнал лучше, чем самого себя». Видимо, Сталин, зная цену Жукову и учитывая возможность новой войны (на этот раз с США), собирался лишь припугнуть маршала и отвадить его от любых политических игр.
Хотя арестовывать Жукова Сталин не стал, его приближённые пострадали серьёзно. Были расстреляны маршал Григорий Кулик, генерал-полковник Василий Гордов и генерал-майор Филипп Рыбальченко, а Телегин, Крюков, Терентьев и Минюк получили от 10 до 25 лет лагерей. Сам Жуков был снят с поста главкома сухопутных войск, выведен из состава кандидатов в члены ЦК и отправлен командовать Одесским военным округом, а в 1948 году — в Свердловск.
Как Жуков относился к Сталину
Конечно, Сталин мог и недооценивать опасность, исходившую для него от Жукова. Однако ничто не указывает на подготовку маршалом дворцового переворота.
Известно, что Жуков временами резко отзывался о Сталине. Но почти все они приходятся уже на время после смерти Сталина. Что Жуков говорил о Сталине при его жизни – об этом сохранились сделанные с помощью подслушивающих устройств записи разговоров, ведшихся маршалом дома. Секретное прослушивание было организовано сотрудниками МГБ в квартирах и на дачах всех военачальников и государственных деятелей определённого ранга. На основании записанных разговоров были арестованы и в 1950 году расстреляны маршал Кулик, генерал-полковник Гордов и генерал-майор Рыбальченко. В их разговорах содержались прямые оскорбления в адрес Сталина. В сравнении с ними, Жуков даже в интимной обстановке не позволял себе никаких резких выпадов ни лично против Сталина, ни против его политики. Свою опалу и понижение в должности маршал связывал с интригами других лиц, настраивавших Сталина против него.
Сталин не опасался лично Жукова
Отправление Жукова сначала в Одессу, а затем, в 1948 году, в Свердловск, на должность командующего Уральским военным округом, было со стороны Сталина превентивной мерой против возможного заговора. Сталин не без основания считал, что поводов для недовольства им со стороны военной элиты страны предостаточно. В этих условиях имя Жукова могло послужить центром объединения возможных оппозиционеров. Поэтому он держал Жукова на таких должностях, где тот не смог бы использовать своё служебное положение для военного переворота.
Существует версия о том, что арест группы офицеров в Одессе — тех самых, которым Жуков приказал выдать оружие для защиты от уличных банд, — дал повод говорить о подготовке заговора. Однако никаких документальных подтверждений этому нет.
После того, как в 1950 году были расстреляны действительные или мнимые заговорщики среди военных, а также в рамках «Ленинградского дела», Сталин начал постепенно возвращать доверие Жукову. В 1951 году Жукову разрешили избраться (т.е. фактически назначили) в Верховный Совет СССР и снова позволили заграничную поездку (на официальный приём в «братскую» Польшу), в 1952 году вернули в число кандидатов в члены ЦК КПСС. Незадолго до своей смерти Сталин вызвал Жукова в Москву, но их беседа не успела состояться.
Если же Жуков питал какие-то замыслы в отношении Сталина, то, во всяком случае, ничем их не проявлял. Не обнаружены их признаки и по сей день.
