«Атаман Маруся»: какие преступления совершила боевая подруга батьки Махно Мария Никифорова
Из мойщицы в бомбистки
Мария Григорьевна Никифорова родилась в 1885 году в Александровске — в семье штабс-капитана, героя русско-турецкой войны, по одним данным, а по другим — мелкой мещанки. В шестнадцать лет девушка сбежала из дома, сменила за короткое время кучу профессий: от няни до мойщицы бутылок на ликероводочном заводе. Именно там, среди заводской грязи и отбросов капитализма, её и завербовали анархисты.
Девушка примкнула к самому радикальному крылу — «безмотивникам». Эти ребята исповедовали принцип «борьба ради борьбы». Без всякой конкретной цели они устраивали взрывы в галантерейных лавках, ресторанах и мирных кафе. Отчаянная Мария быстро стала лучшей бомбисткой. На ее счету несколько громких терактов на юге России: взрывы кафе Либмана и галантерейного магазина в Одессе, вагона первого класса в поезде около Никополя. В 1907 году ее арестовали за четыре убийства, включая ликвидацию царского пристава. Приговорили к смертной казни, но сжалились — заменили пожизненной каторгой. Шлейф из трупов, тянувшийся за ней, был настолько длинным, что ей по идее грозило повешение.
Кровавый вояж по Европе
С каторги Маруся бежала в 1910 году — через Японию в США. Американская эмиграция показалась анархистке скучноватой, и она рванула в Испанию, где её появление ознаменовалось масштабными грабежами магазинов и домов богатых обывателей Мадрида. Там же она организовала курсы для начинающих бомбистов. После ранения перебралась в Париж, где брала уроки ваяния у самого Огюста Родена — великий скульптор признавал в ней талант. Идиллия продолжалась недолго: грянула Первая мировая, и Маруся, бросив мужа (польского анархиста), записалась во французскую офицерскую школу и отправилась на македонский фронт. Вот такой разносторонний человек.
«Да здравствует анархия!»
Летом 1917 года «героиня» вернулась в Россию и сразу же возглавила Александровскую федерацию анархистов. Ее ораторские способности и имидж бесстрашной женщины привлекли на ее сторону бедняков и обездоленных. Из них сформировалась та самая «Черная гвардия», наводившая ужас на всю Екатеринославскую губернию.
В ноябре 1917-го в Александровске она сформировала «Вольную боевую дружину атамана Маруси» — отряд от 100 до 500 отморозков, причем ее действия привели к установлению практики реквизиций и «безмотивных» расстрелов. В Елисаветграде она спровоцировала уличные бои с городскими отрядами Красной гвардии и самообороны.
А пока ее подельники громили банки и дома зажиточных горожан, атаманша проводила время в бутиках женской одежды и наслаждалась жизнью.
Ссора с батькой Махно
В сентябре-октябре 1917-го Никифорова способствовала радикализации позиции другого анархиста — Нестора Махно. Однако батька сравнительно быстро понял, с кем связался, и их пути разошлись. «Черная гвардия» предпочитала действовать без согласования с махновцами, творя дикий беспредел. Анархистский «безмотивный» террор был слишком даже для Нестора Ивановича.
Под давлением австро-германских войск отряд Маруси начал отступление, теряя численность и военное имущество. Кое-как добравшись до Таганрога, Никифорова попыталась продолжить свою «славную» деятельность. Но в сентябре 1919 года, когда войска Деникина взяли Севастополь, дрогнула и она. Ей был вынесен приговор по обвинению в бандитизме, а не в политической деятельности.
Конец кровавой карьеры
16 сентября 1919 года в Севастополе приговор привели в исполнение. По одним данным, ее расстреляли, по другим — повесили. Казнь прошла без суда и следствия — по законам военного времени.
Соратница батьки Махно оставила по себе такую память, что даже сейчас, спустя сто лет, историки спорят о ее биографии. Кто-то называет её «профессиональной террористкой», кто-то — «одной из самых жестоких бандиток Гражданской войны». Но факт остаётся фактом: эта маленькая женщина с наганом и шашкой держала в страхе полстраны, доказав, что жестокость не зависит от пола. Её «справедливый» суд, который она вершила по своему усмотрению, унес множество жизней, не оставив после себя ничего, кроме горькой памяти о безвременно ушедших.
