От управляющего имением до «батьки»
Путь Булак-Балаховича — классическая история социального лифта, предоставленного войной. Станислав Никодимович родился 10 февраля 1883 года в литовской семье. Происхождение его покрыто мраком: по одним сведениям, родители были католиками, по другим — православными. Вероятно, он имел смешанное польско-белорусское происхождение.
Будущий атаман был достаточно образованным человеком: четыре года учился на агронома, затем работал бухгалтером, а в 1904 году стал управляющим имения графа Плятера в Витебской губернии. Именно тогда проявился его талант находить общий язык с простыми людьми — крестьяне прозвали его «батькой» за заступничество перед помещиком и справедливое обращение. Молодой Балахович часто выступал арбитром в спорах между помещиками и крестьянами.
Всё круто изменилось, когда грянула Первая мировая война. Балахович вместе с братом Юзефом добровольно отправился в российскую армию со своими лошадьми, оружием и амуницией. В войсках он преуспел стремительно: из младших унтер-офицеров быстро дослужился до корнета. Воевал он исключительно храбро, командовал эскадроном кавалерии в отряде особой важности при штабе Северного фронта. Бойцы этого отряда называли себя «рыцарями смерти» и совершали дерзкие партизанские вылазки в немецкий тыл. К 1917 году Балахович дослужился до штаб-ротмистра, был четырежды ранен и награждён шестью орденами и тремя Георгиевскими крестами. Его командир подполковник Пунин дал ему блестящую характеристику: «огромная храбрость, решимость, редкая находчивость и предприимчивость... лихой, незаменимый офицер».
Между красными и белыми
Балахович с восторгом принял Февральскую революцию. Будучи любимцем солдат, он был избран ими командиром эскадрона. В феврале 1918 года его часть перешла на сторону Красной Армии и стала 1-м Лужским партизанским полком. Летом 1918 года полк участвовал в подавлении крестьянских восстаний против продразвёрстки.
Однако уже в ноябре 1918 года Балахович неожиданно переметнулся к белым. В советской историографии это объясняли тем, что он особо свирепствовал во время подавления крестьянских бунтов и должен был предстать перед судом. Но сам Балахович монархию никогда не любил — он был человеком левых взглядов. В своей речи в Пскове в 1919 году он говорил: «Я воюю с большевиками не за царскую, не за помещичью Россию, а за новое Учредительное собрание».
В составе Северо-Западной армии генерала Юденича он получил чин генерал-майора и участвовал в наступлении на Петроград летом 1919 года. Но после поражения белых под Петроградом его вражда к «золотопогонникам» довела до того, что его солдаты арестовали самого Юденича в Эстонии. Вскоре был выписан ордер на арест самого «батьки».
Польский период и поход в Полесье
Вспомнив о своём происхождении, Балахович бежал в Польшу. В марте 1920 года его отряд перешёл на территорию, занятую польской армией. Там он возглавил военные формирования, которые стали основой для «Русской народной добровольческой армии». По некоторым данным, численность этой армии достигала почти 8 тысяч штыков и 3,5 тысяч сабель.
В ноябре 1920 года Балахович начал самостоятельный поход в Белорусское Полесье. 10 ноября его войска захватили Мозырь и узловую станцию Калинковичи. На торжественном построении в Турове он развернул бело-красно-белый флаг и поклялся не складывать оружия, пока не освободит родной край от советских войск. Однако население, уставшее от войн, не поддержало «батьку», и вскоре его армия была разбита Красной Армией. Остатки войск отступили на территорию Польши, где были интернированы и расформированы.
Советское правительство безуспешно добивалось от Пилсудского выдачи атамана. Но польский лидер дал Булак-Балаховичу генеральское звание в польской армии и высший орден — Virtuti Militari, а также лесную концессию в Беловежской пуще, куда «батька» устроил многих своих соратников.
Кровавое наследие
Почему же Булак-Балаховича ненавидели буквально все — и коммунисты, и белоэмигранты, и иностранцы?
Главная причина — чудовищная жестокость его отрядов. В городах, где появлялся Балахович, его отряд прославился реквизициями, расстрелами и еврейскими погромами — причём сам атаман принимал во всех этих «развлечениях» личное участие. Левая печать обвиняла Балаховича в еврейских погромах, многие говорили о его личном пристрастии к повешениям. Особенно кровавыми были события в белорусском Полесье — в одном только местечке Копаткевичи во время погрома погибло 170 евреев.
Балахович, по сути, стал символом того, что Гражданская война породила — человека без принципов, готового служить кому угодно, лишь бы сохранить власть и возможность убивать. Он не был ни белым, ни красным, ни зелёным — он был «зелёным генералом» в том смысле, что его цветом был хаос.
Закат авантюриста
После 1920 года Балахович проживал в Польше, сотрудничая с польским военным командованием в области разведки и контрразведки. С началом Второй мировой войны и нацистской оккупации Польши он пытался организовать партизанский отряд для борьбы с оккупантами, участвовал в обороне Варшавы.
10 мая 1940 года в Варшаве его жизнь оборвалась. По одной версии, он был убит немецким патрулём. По другой — агентами гестапо. Обстоятельства его гибели до сих пор вызывают споры: одни говорят, что он внезапно взмахнул палкой и убил офицера патруля, после чего был прошит автоматными очередями. Место его захоронения неизвестно.
Булак-Балахович остался в истории как человек, который умудрился стать чужим для всех. Он предавал красных, предавал белых, служил полякам — и в конце концов был убит немцами. В его судьбе, как в кривом зеркале, отразилась сама Гражданская война — бессмысленная, жестокая и не знающая победителей. Он был не героем и не злодеем в чистом виде. Он был порождением эпохи, когда человеческая жизнь перестала стоить ровно ничего, а верность стала роскошью, которую никто не мог себе позволить. И, пожалуй, именно за это — за то, что он был слишком точным отражением своего времени, — его и ненавидели больше всего.
