29/12/20
«Генерал Мороз»: как он «воевал» за русских

Есть легенда, что в самые критические дни существования Российского государства — в 1812 и 1941 годах — справиться с завоевателями помог «генерал Мороз». Давайте разберем, сколько правды в этой легенде.

1812 год: Наполеон начал отступление теплой сухой осенью

Армия Наполеона вступила в Москву 2-го по старому стилю, а по новому — 14 сентября 1812 года, а вышла из Москвы 7 (19) октября. Ясно, что в середине сентября в Центральной России зимних морозов еще не бывает. Более того, по всем мемуарным свидетельствам, в сентябре и большей части октября 1812 года в Московском регионе стояла сухая теплая осень. Армия Наполеона выходила из Москвы в прекрасную солнечную погоду.

Оставление Москвы уже было со стороны Наполеона признанием поражения. Как видим, «русская зима» не сыграла в этом ни малейшей роли.
Морозы ударили во время отступления «Великой армии» по Смоленской дороге. Зима в 1812 году действительно наступила раньше обычного. Первые морозы и снегопады начались 18 (30) октября, когда Наполеон оставил Можайск. Теперь легко обмундированная «Великая армия» стала ежедневно (особенно еженощно) терять по многу замерзших.

Морозы продолжались почти весь ноябрь, внезапно сменившись в конце ноября (нового стиля) резкой оттепелью. В это время армия Наполеона переправлялась через Березину, и оттепель весьма затруднила ей эту переправу. Затем, уже в декабре, при дальнейшем отступлении через Белоруссию и Литву, снова ударили морозы, причем ниже минус двадцати градусов. Впрочем, для местных жителей в этом не было ничего аномального. А вот для остатков армии Наполеона, состоявшей в основном из жителей теплых стран (кроме французов, это были итальянцы, хорваты, испанцы, португальцы), самая обычная русская зима оказалась губительна.
Но повторим, что морозы повлияли на армию Наполеона уже после начала ее отступления.

Однако русская армия тоже страдала от морозов, хотя они и были ей несколько привычнее. Достаточно сказать, что во время преследования отступающего Наполеона армия Кутузова потеряла больше двух третей своей численности, причем обмороженными и больными больше, чем убитыми и ранеными в боях.
Следовательно, никакой стратегической роли «генерал Мороз» в войну 1812 года не сыграл.

1941 год: германский Генштаб ожидал зимнюю кампанию

Теперь обратимся к Великой Отечественной войне. Про нее тоже говорят, что немецкая армия увязла в снегу или замерзла на подступах к Москве.
Следует различать две вещи: аномальные морозы и нехватку у вермахта материального снабжения для ведения войны в суровых зимних условиях.
Что касается второго, то здесь гитлеровским военачальникам было не на кого сетовать, кроме как на самих себя. Самый первый план войны против СССР — план «Ост», подписанный в августе 1940 года, — отводил по меньшей мере пять месяцев на фазу активных боевых действий против СССР. В дальнейшем этот срок не пересматривался. Директива Гитлера № 32 об операциях «после “Барбароссы”», подписанная 11 июня 1941 года, ставила задачи на конец осени 1941 года и на зиму 1941/42 года.

Таким образом, отсчитывая пять месяцев с 22 июня 1941 года (этот самый ранний срок начала войны против СССР был определен Гитлером 30 апреля 1941 года), операции по плану «Барбаросса» должны были завершиться не ранее конца ноября. Всем известно, что в центральных регионах европейской части России в это время обычно стоит зимняя погода. С западноевропейской точки зрения, зима в России наступает уже в октябре.

Кроме того, даже после окончания «Барбароссы» в России планировалось оставить на зиму не менее 60 полнокровных дивизий вермахта. Конечно, германское командование обязано было заблаговременно позаботиться об обеспечении своих войск в зимних условиях, исходя из собственных планов.

Интересно, что провал первого наступления на Москву в октябре 1941 года генералы вермахта объясняли не морозами, которых тогда еще не могло быть, а типичными погодными условиями средней полосы России в разгар осени. То есть постоянными дождями вперемежку с мокрым снегом, слякотью, грязью и распутицей на дорогах, в которой, по уверениям немцев, и увязла их техника после победы под Вязьмой.

Аномальных морозов в 1941 году не было

Но довольно типичными были и погодные условия ноября 1941 года в Подмосковье, когда там развернулось второе наступление вермахта на Москву.
В отличие от 1812 года, о 1941 годе есть не просто мемуарные свидетельства, а совершенно точные показания метеостанций. Они давно опубликованы в разных источниках.

Аномальных морозов в ноябре 1941 года под Москвой не наблюдалось. Тот ноябрь был холоднее обычного, и снег выпал довольно рано. Тем не менее температура держалась в пределах от минус пяти до минус десяти градусов. Такая температура — не редкость зимой и для Германии. Благодаря морозцу распутица прекратилась, а снежный покров был еще тонок, и техника никак не могла в нем застревать. Наконец, по большей части ясная погода благоприятствовала действиям авиации. Об этом пишут и немецкие военачальники.

Лишь в первых числах декабря 1941 года температура на несколько ночей упала ниже минус тридцати. Но к этому времени немецкое наступление уже выдохлось. План окружения Москвы полностью провалился. В первые же дни советского контрнаступления морозы внезапно сменились резким потеплением почти до нуля градусов и сильным снегопадом. Наступающей стороной в это время являлась уже Красная Армия, а густой снег, как известно, помогает обороняющимся. Снова сильные морозы ударили в конце декабря, но на них уже невозможно списывать неудачу немецкого наступления на Москву.

Сообщения немецких генералов (например, Гудериана) о «50-градусных морозах», которых в средней полосе России вообще никогда не бывает, следует отнести к области фантазий и самооправданий.
Таким образом, «генерал Мороз» — это один из многих мифов о России, придуманный для оправдания поражений всемирных завоевателей, понесенных ими от русской армии.