Внук чаеторговца на тропе террора
Абрам Рафаилович Гоц родился в 1882 году в Москве, в богатой купеческой семье. По материнской линии он приходился внуком Вульфу Высоцкому — тому самому, чье имя до сих пор красуется на пачках знаменитого чая. Деньги и положение позволяли получить лучшее образование: Гоц окончил философский факультет Берлинского университета. Но вместо того чтобы приумножать семейный капитал, он выбрал путь революционера.
В революционном движении Гоц оказался рано — с 1896 года, еще гимназистом. В 1900 году, учась в Берлине, он стал членом немецких социалистов-революционеров. В 1904-м вступил в Московский комитет партии эсеров, а спустя два года — в ее боевую организацию.
Лидер эсеров Борис Савинков характеризовал Гоца того периода как правоверного социалиста-революционера, для которого террор был высшей формой борьбы. Слова не расходились с делом: в 1907 году Гоца арестовали за организацию покушения на генерала Николая Римана — известного карательными действиями в 1905 году. Приговор — восемь лет каторги. Гоц отбывал срок в Александровском централе под Иркутском, но даже там не оставлял революционных убеждений.
Февраль 1917-го застал его на поселении. Воспользовавшись хаосом, Гоц создал в Иркутске Комитет общественных организаций, Совет рабочих и солдатских депутатов и даже лично арестовал генерал-губернатора Пильца. В марте он уже был в Петрограде.
Политический взлет
В столице Гоц быстро занял пост председателя Петроградского бюро партии эсеров, стал лидером эсеровской фракции в Петросовете. В июне 1917 года Первый Всероссийский съезд Советов избрал его заместителем председателя ВЦИК. Он был членом редколлегии «Известий» и газеты «Дело народа».
Позиции Гоца в те месяцы были сложными и порой противоречивыми. С одной стороны, он был сторонником прекращения войны, но противником сепаратного мира. Считал, что дезорганизация армии недопустима и войска должны быть в боевой готовности. Во время Апрельского кризиса настаивал на вхождении эсеров в правительство, но позднее выступал против коалиции с «министрами-капиталистами». В июльские дни поддержал предложение меньшевика Церетели о разоружении воинских частей, поддерживающих большевиков.
Но главное противостояние было впереди.
Октябрьский переворот и Комитет спасения
Когда большевики захватили власть, Гоц осудил переворот. 25 октября он вошел во Всероссийский комитет спасения Родины и Революции — структуру, объединившую всех противников Ленина. Более того, он стал председателем этой организации. В ночь на 29 октября Гоц руководил выступлением юнкеров в Петрограде — последней попыткой вооруженного сопротивления большевистскому перевороту. После подавления мятежа Петроградский военно-революционный комитет принял решение о его аресте. Гоцу удалось выехать в Ставку, он был избран членом Учредительного собрания.
Но судьба Учредительного собрания была предрешена. Большевики разогнали его на следующий же день после открытия. Гоц и другие эсеровские лидеры оказались вне закона.
Террор как ответ
Гоц принадлежал к той части эсеровской партии, которая оказывала активное противодействие большевикам. По мнению историка Романа Ключника, именно люди Гоца стояли за убийством председателя Петроградской ЧК Моисея Урицкого и покушением на Ленина летом 1918 года. Сам Гоц, по некоторым свидетельствам, яростно доказывал необходимость немедленного устранения Ленина: «Поймите, сейчас август 1918 года».
Большевики не простили.
Арест и показательный процесс
В первой половине 1920 года Гоц был арестован. Его содержали во Внутренней тюрьме ВЧК, затем перевели в Бутырскую тюрьму.
В 1922 году состоялся судебный процесс над членами ЦК партии эсеров — один из первых показательных политических процессов в Советской России. Наиболее видным лидером партии, оказавшимся на скамье подсудимых, был именно Абрам Гоц.
Процесс проходил с 8 июня по 7 августа 1922 года. Государственный обвинитель Николай Крыленко пытался доказать, что ЦК эсеров организовал серию покушений на руководителей большевистского государства. Однако фактов эсеровского терроризма против большевиков после амнистии 1919 года обнаружено не было. Большинство обвиняемых отрицали версию обвинения.
Процесс шел с такими вопиющими нарушениями юридических норм, что вскоре заседания покинули иностранные защитники, допущенные под давлением международного социалистического движения. Вслед за ними ушли и российские адвокаты.
Приговор основывался на крайне расплывчатых формулировках. Двенадцать обвиняемых членов ЦК, включая Гоца, были приговорены к смертной казни.
Смерть, отложенная на два года
Однако казнь не состоялась. Большевики опасались мести со стороны эсеров, оставшихся в подполье. Свою роль сыграло и давление международной левой общественности. Исполнение приговоров было отложено.
14 января 1924 года Президиум ЦИК СССР заменил Гоцу смертную казнь на пятилетнее заключение. В мае 1925 года его выпустили из тюрьмы и сослали в Ульяновск. Но уже в июне того же года за нелегальную передачу писем из тюрьмы его в административном порядке приговорили к двум годам заключения. После трехнедельной голодовки Гоца отправили обратно в ссылку в Ульяновск, где он работал в плановом отделе местной промышленности.
В начале 1930-х годов он переехал в Семипалатинск, оттуда был выслан в Алма-Ату, где снова работал плановиком.
Последний акт
7 февраля 1937 года Абрама Гоца арестовали в Алма-Ате, отправили в Москву и заключили в Бутырскую тюрьму. 20 июня 1939 года его приговорили по обвинению «в эсеровской контрреволюционной деятельности» к 25 годам исправительно-трудовых лагерей. Срок он отбывал в Орловской тюрьме, откуда в декабре 1939 года был переведен в Краслаг — в Нижнюю Пойму.
Дочери Ольге удалось получить свидание с отцом в Нижней Пойме. Это была их последняя встреча.
4 августа 1940 года Абрам Рафаилович Гоц умер в лагерном пункте в поселке Нижний Ингаш Красноярского края. Ему было пятьдесят восемь лет.
Вместо эпилога
Вопреки расхожему мнению, что Гоц «доживал свой век в покое», историки утверждают обратное. Он неоднократно подвергался арестам, был приговорен к расстрелу, которого ему удалось избежать лишь благодаря стечению обстоятельств, и в конце концов погиб в ГУЛАГе.
Абрам Гоц был не просто «конкурентом Ленина». Он был воплощением альтернативного пути, по которому могла пойти Россия в 1917 году — пути, где власть принадлежала бы не одной партии, а коалиции социалистических сил, где Учредительное собрание стало бы реальным парламентом, а не декорацией. История распорядилась иначе. И фигура Гоца — лучшее напоминание о том, сколько жизней и судеб было сметено революционным ураганом, прежде чем страна обрела ту форму, в которой просуществовала семь десятилетий.
Сегодня имя Абрама Гоца известно лишь узкому кругу историков. А ведь он был одним из главных действующих лиц русской революции — человеком, который мог стать правителем России, но стал лишь одной из бесчисленных жертв эпохи, которую сам же и помог создать.
