Погода умеет ломать календарь. Люди веками жили с уверенностью, что июнь означает тепло, а август — жатву, и каждый раз, когда природа это правило отменяла, последствия были не метеорологические, а исторические: голод, бунт, падение династии, переселение народов. Разберём самые документированные случаи, когда лето отказывалось наступать.
536 год: солнце без света
Самая ранняя из достоверно описанных климатических катастроф произошла в середине VI века. Византийский историк Прокопий Кесарийский записал, что весь год солнце светило тускло, «как луна», и не давало тепла. Кассиодор, служивший при остготском дворе в Италии, жаловался, что в полдень не видно собственной тени, а плоды не вызревают. Китайские хроники того же времени сообщают о снеге в августе и неурожае. Ирландские анналы коротко фиксируют «недостаток хлеба» в 536 и 539 годах.
Долго это считали набором разрозненных преувеличений. В 2016 году международная группа под руководством Ульфа Бюнтгена опубликовала в Nature Geoscience реконструкцию температур по годовым кольцам деревьев Альп и Алтая: лето 536 года оказалось самым холодным за два тысячелетия, а последующий период до 660 года авторы назвали «позднеантичным малым ледниковым периодом». Двумя годами позже команда историка Майкла Маккормика из Гарварда, исследовав ледяной керн с альпийского ледника Колле-Ньифетти, обнаружила слой вулканического пепла, датированный началом 536 года. Виновником, по всей вероятности, стало извержение в Исландии, затянувшее небо над Северным полушарием на полтора года. Второй удар, уже тропический вулкан, последовал в 540 году, а в 541-м началась Юстинианова чума. Империя, собиравшаяся вернуть Италию и Африку, вместо этого хоронила треть населения.
1601 год: мороз на Успение
В России собственная катастрофа такого рода имеет точную дату и имя виновника. В феврале 1600 года в Перу взорвался вулкан Уайнапутина, самое мощное извержение в истории Южной Америки. Через год его сернистая завеса дошла до Русской равнины.
Летописи 1601 года единодушны. С весны шли дожди, не прекращавшиеся десять недель, хлеб не наливался, а в середине августа, на Успение, ударил мороз и погубил всё, что ещё стояло в поле. В начале сентября выпал снег и лёг. На следующий год крестьяне посеяли то, что удалось собрать из мёрзлого зерна, и повторился тот же цикл: холод, неурожай. Третий год добил запасы.
Борис Годунов открыл казённые амбары и раздавал деньги, но хлеб скупали перекупщики, а цены выросли в десятки раз. Келарь Троице-Сергиева монастыря Авраамий Палицын писал, что за два года и четыре месяца в одной только Москве на казённый счёт похоронили 127 тысяч человек. Голландец Исаак Масса видел, как люди ели сено и кору. Голод 1601–1603 годов стал прологом Смуты: именно тогда по дорогам пошли шайки голодных холопов, именно тогда власть царя, обещавшего благоденствие, окончательно утратила кредит. Связь между перуанским вулканом и русской Смутой подтвердили в 2008 году геофизики Кеннет Веросуб и Джейк Липпман, сопоставив данные ледяных кернов с русскими хрониками.
1816 год: лето, которого не было.
Самый знаменитый случай снега в июне связан с извержением вулкана Тамбора на индонезийском острове Сумбава в апреле 1815 года. По шкале вулканической активности это событие высшей, седьмой категории, в десятки раз мощнее Кракатау. Сам взрыв и последовавший голод на островах унесли порядка семидесяти тысяч жизней, но главный удар пришёлся на другое полушарие через год.
В Новой Англии 6–8 июня 1816 года выпал снег: в Олбани и Вермонте снежный покров доходил до нескольких дюймов, а в горах Нью-Гэмпшира до фута. 9 июля ударил мороз, уничтоживший кукурузу, а 20–21 августа ещё один. Фермеры назвали год «тысяча восемьсот насмерть замёрзший». Урожай погиб почти повсеместно, и зимой 1816–1817 годов началось массовое переселение из Вермонта и Мэна на запад, в Огайо и Индиану. В Европе лето оказалось холодным и дождливым, в Ирландии и Швейцарии разразился голод, в Германии цены на хлеб удвоились.
Тот же дождливый швейцарский июнь дал литературе кое-что ценное. Запертые непогодой на вилле Диодати у Женевского озера, Байрон, Перси Шелли и Мэри Годвин развлекали друг друга страшными историями. Из них выросли «Франкенштейн» и байроновская поэма «Тьма», начинающаяся словами о погасшем солнце.
Климатологи оценивают глобальное похолодание 1816 года примерно в половину градуса, но в Северной Америке и Западной Европе летние температуры упали на два-три градуса, и этого хватило, чтобы сорвать посевной цикл. Детальную реконструкцию дала швейцарская группа Штефана Брённимана в 2016 году, к двухсотлетию события.
Механизм: почему вулкан отменяет лето
Во всех трёх случаях работает одна физика. Вулкан выбрасывает в стратосферу не столько пепел, который оседает за недели, сколько сернистый газ. Там он превращается в капли серной кислоты, которые отражают солнечный свет и держатся в воздухе год-два, расползаясь по всему полушарию. Поверхность Земли получает меньше энергии, и больше всего страдают континентальные районы умеренных широт, где лето и так короткое.
Современная наука наблюдала этот процесс в прямом эфире. После извержения Пинатубо на Филиппинах в 1991 году среднемировая температура снизилась примерно на полградуса на два года. Будь Пинатубо вдвое сильнее, снег в июне мы увидели бы снова.
Снег там, где его не ждали
Аномалии бывают не только во времени, но и в пространстве. Алжирский город Айн-Сефра на северной кромке Сахары за последние десять лет засыпало снегом несколько раз: в декабре 2016 года, январе 2018-го, когда сугробы доходили до сорока сантиметров, и в январе 2021-го. Для места, где летом бывает плюс сорок, это выглядит как ошибка в программе, но объясняется проще: Атласские горы, высота около тысячи метров и редкое вторжение холодного воздуха из Европы. Снег в пустыне держится считаные часы, но фотографии дюн под белым покровом облетают мир быстрее, чем он тает.
В Москве снег в начале лета не легенда, а запись в метеоархиве. Июнь 2017 года начался с мокрого снега и температуры около нуля: 2 июня осадки в столичном регионе шли в виде снега с дождём, а май того года был одним из самых холодных за историю наблюдений. Экономических последствий, в отличие от 1601 года, не было, потому что хлеб давно не зависит от погоды под Москвой.
