В истории Второй мировой войны есть страницы, о которых говорят редко и неохотно. Одна из них — жизнь немецких военнопленных в советских лагерях. С победным наступлением Красной Армии число пленных солдат и офицеров вермахта неуклонно росло. Для их содержания на территории СССР была создана сеть из более чем двухсот лагерей, через которые, по данным историков, прошли от трёх до трёх с половиной миллионов военнопленных и интернированных стран гитлеровской коалиции .
Ключевым правилом жизни в лагерях был суровый принцип: «кто не работает, тот не ест» . Однако с питанием в первые послевоенные годы были серьёзные проблемы. Страна сама восстанавливалась после голода, и рацион был скудным. Доходило до того, что в 1946 году в меню пленных официально включили траву . Объём работ при этом был колоссальным. Немецкие военнопленные строили жилые дома, промышленные объекты, аэропорты и вокзалы, прокладывали дороги, трудились в нефтяной, добывающей и металлургической отраслях, на шахтах и лесозаготовках. Их труд и быт проходили под постоянным надзором .
Изучить и использовать
Как это часто бывает в экстремальных условиях, пленные изобретали различные способы облегчить свою участь — избежать изнурительной работы и раздобыть дополнительные продукты, табак или деньги .
В своих мемуарах немецкий унтер-офицер Ханс Беккер, попавший в плен после Курской битвы и пробывший в СССР до 1950 года, подробно описал эти уловки . Он отмечает, что далеко не все надзиратели были профессионалами. Часто пленных поручали обычным шофёрам или рабочим — чтобы немцы помогали им работать. Это открывало поле для манёвра. Наблюдая за охранником, можно было изучить его слабости и использовать их в своих целях .
У Беккера первым надзирателем был русский шофёр Николай. Благодаря доверчивости и доброте этого человека, который позволял немцам звать его просто Колей, пленники воровали часть грузов, например еду. Кроме того, Коля оказался пьяницей, а когда понял, что немцы могут водить автомобиль, стал выпивать и позволять им управлять машиной .
Вели себя немцы хорошо, и Коля стал им доверять. Беспечно выпивая, надзиратель время от времени оставлял пленных одних, так как, по его мнению, они не предпримут попытки бежать . Пленники не преминули обмануть доверие русского надсмотрщика. Машину, которую им доверили, они угнали и рванули к линии фронта. В тот раз Беккеру повезло — со своим товарищем Вальтером они добрались до немецких позиций. Но меньше чем через год, когда вермахт отступал на запад, его снова взяли в плен, и на этот раз уже в глубоком тылу, откуда сбежать не было никакой возможности .
Лагерная повседневность: психологические игры
В самих лагерях, где дисциплина была строже, способы обмана становились тоньше, но от этого не менее эффективными.
В лагерях были возможности схитрить и у пленных, пишет Беккер . Там, где дисциплина охранников была недостаточно строгой, пленники незаметно отлучались из лагеря, чтобы добыть съестное или табак в соседних селениях, а то и украсть на полях картошку .
Другой приём, описанный в воспоминаниях, — симуляция неспособности работать. Упоминается случай, когда пленные переносили кирпичи: один из них брал не положенные четыре кирпича под руку, а только два. Когда надзиратели спросили его, почему он так делает, пленный ответил, что остальные просто ленивые и не хотят ходить по два раза. Как ни странно, пленного не наказали .
Надзиратели и их жертвы
Лагерь — это система, организованная ради подавления заключённых при помощи власти надзирателей . Чаще всего сами охранники обманывали пленных, извлекая из их труда личную выгоду: завышали планы на лесозаготовках, чтобы излишек просто продать, или продавали часть продуктов, предназначенных для пленных . В таких условиях хитрости пленных были не столько преступлением, сколько попыткой выжить в системе, где от них требовали работать на голодный паёк.
Германские генералы и офицеры содержались в особых условиях. Например, в Красногорском лагере № 27, подконтрольном лично Берии, пленные имели библиотеку, могли заниматься хобби. Фельдмаршал Паулюс, попав в плен под Сталинградом, в лагере писал акварельные пейзажи . Но это были исключения, созданные для идейной обработки верхушки вермахта. Простые солдаты выживали как могли — в том числе и при помощи обмана. Но, как точно замечает Беккер, на обмане устойчивое благополучие устроить не получалось. И в конце концов система побеждала
