Они называли себя «людьми Божьими». Их собрания — «радения» — сопровождались кружением в трансе, пророчествами и самобичеванием. Власти считали их самыми опасными из сектантов — пропаганда приписывала им ритуальные убийства, разврат и связь с Григорием Распутиным . Сами же они искали на земле Царство Божие. И, когда в России настал ад Гражданской войны и гонений, они выжили и ушли. Куда исчезли хлысты? Ответ на этот вопрос уводит нас в уругвайские пампасы и заброшенные хутора Поволжья.
«Хлыстовщина» — кто эти люди?
Секта христоверов (или «хлысты», как их прозвали в народе) возникла в русской глубинке в середине XVII века . Смута, церковный раскол, гнет крепостного права — люди искали утешения не в официальной церкви, а в прямом диалоге с Богом. Они отвергали священников и иконы, веря, что Дух Святой может вселиться в любого человека .
Молитва у них превращалась в исступленную пляску — «радение». Кружились, припадали к полу, пророчествовали, доводя себя до состояния транса .
Это было глубоко законспирированное подполье. Снаружи хлыст должен был выглядеть, как «лучший прихожанин» — соблюдать посты, ходить в церковь . Не случайно исследователь Николай Ивановский еще век назад предупреждал: «...насколько легко безошибочно опознать старообрядца... на столько трудно, особенно с первого взгляда, распознать хлыста и отличить его от православного» .
Под гнетом самодержавия и нового режима
В царской России христоверов ссылали, били кнутом и отправляли на каторгу. К началу XX века, спасаясь от репрессий, несколько тысяч последователей секты (в частности, толк «Новый Израиль») устремились в Закавказье, а оттуда — еще дальше .
Их эмиссары искали землю в Канаде и США. В 1911 году в Сан-Франциско они встретились с послом маленькой южноамериканской страны — Уругвая. Правительство Уругвая как раз искало трудолюбивых земледельцев для освоения пустующих территорий. В 1913 году пароходы с воронежскими, тамбовскими и курскими крестьянами-хлыстами отчалили к новому берегу .
Казалось, советская власть должна была дать им долгожданную свободу. Но «рай на земле» в понимании большевиков не предполагал религиозного «дурмана». К 1920-м годам хлыстов стали раскулачивать, коммуны разгонять.
Историк Андрей Берман пишет, что даже в 1945 году, на исходе Великой Отечественной, НКГБ СССР выпускал секретные директивы «в целях пресечения враждебной деятельности хлыстовского подполья» . Чекисты видели в секте не просто веру, а законспирированную организацию (подполье), с которой нужно было бороться всеми методами госбезопасности .
Русский «ковчег» в Латинской Америке
Большая часть «Нового Израиля» (одного из самых организованных хлыстовских толков) во главе с харизматичным лидером Василием Лубковым отправилась в далекое путешествие .
Около 2 тысяч человек высадились на пустынном берегу реки Уругвай. По легенде, когда на второй день они начали размечать улицы будущего города, пошел снег. Для субтропического Уругвая это было чудо. Люди поверили: это знак свыше .
Так появился колоритный городок Сан-Хавьер.
Русские сектанты принесли в Южную Америку подсолнечник и пчеловодство, научили уругвайцев пахать землю и ловить рыбу. Долгое время это был идеальный «сад»: они жили коммуной, молились в своем доме, избегая смешанных браков. Но время и гонения диктатуры 1970-х (где «русский» звучало как «коммунист») сделали свое дело. Говорить на русском стало опасно, школа закрылась .
Сегодня в Сан-Хавьере живут уже уругвайцы. Многие забыли язык, но сохранили память. Один из краеведов рассказывал корреспонденту «АиФ»: «В 1974 году к власти в Уругвае пришла военная хунта, которая видела во всех русских пособников коммунистов. Говорить на русском было опасно» . На месте моленных домов — музеи, а центром притяжения туристов остается памятник матрешке и вывеска на русском у местного магазина .
Эпилог
Секта хлыстов — удивительный феномен. В метрополии они превратились в пугало. О них слагали мифы, их громили и каратели царя, и чекисты. Сегодня в России они практически исчезли, растворившись в других течениях или потеряв веру .
Но на другом конце Земли, в солнечной Латинской Америке, сохранились их потомки. Сейчас это уже не хлысты в строгом смысле слова — кто-то стал католиком, кто-то атеистом. Но еще лет двадцать назад в уругвайском Сан-Хавьере можно было услышать протяжную русскую речь и увидеть самодельные иконы, спасенные от огня Гражданской войны. И этот призрак ушедшей России, пожалуй, и есть последний, самый неожиданный «корабль» хлыстов.
