Фильм «Место встречи изменить нельзя» стал не просто кинохитом, а настоящим культурным феноменом. Один из самых запоминающихся персонажей — карманник Костя Сапрыкин по кличке Кирпич. Шепелявый, с детской доверчивостью и в то же время опасный, он был создан с такой достоверностью, что многие зрители искренне верили в существование такого типа. И, как это часто бывает в искусстве, у образа был реальный прототип. Кто же он?
Два прототипа или один: криминальный спор
На первый взгляд, всё просто. Исполнитель роли Кирпича Станислав Садальский неоднократно рассказывал историю: после выхода фильма ему в театр «Современник» пришёл ящик коньяка «Камю» с запиской: «За то, что ты отлично меня сыграл!» . Позже, обедая в одном московском кафе, актёр узнал, что его счёт уже оплачен тем самым человеком — легендарным карманником по кличке Шора . Садальский даже присутствовал на его похоронах и положил в гроб красную розу .
Этот человек — Александр Прокофьев, известный в преступных кругах как Саша Шорин (или Шора). Вор-карманник с большим стажем, он провёл за решёткой в общей сложности более 20 лет и имел восемь судимостей . Был «смотрящим» за тремя московскими вокзалами . До самой смерти он не мог расстаться с «профессией» и в старости продолжал ходить по трамваям с тростью с золотым набалдашником .
Однако в 2010 году появилось ещё одно имя. «Комсомольская правда» сообщила о смерти криминального авторитета Леонида Крылова по кличке Лентяй, назвав его прототипом Кирпича наряду с Прокофьевым . Лентяй был судим 12 раз, первый срок получил ещё в 1945 году . Получается, что в основу литературного персонажа легли материалы уголовных дел сразу двух знаменитых карманников .
Как Высоцкий подарил Кирпичу шепелявость
Если прототипом был Шора, то одну из главных «визитных карточек» Кирпича — его знаменитую шепелявость — персонажу подарил Владимир Высоцкий. Во время съёмок он посоветовал Садальскому придумать герою какую-то речевую особенность, например, шепелявить . Так родилась фраза, которую помнят все: «Коселёк, коселёк! Какой коселёк?»
Садальский, кстати, свою роль не любил . Он мечтал сыграть Шарапова, но в итоге навсегда остался для зрителей именно Кирпичом .
Кодекс чести старой школы
Александр Прокофьев был не просто карманником, а «вором старой школы» . В преступной среде его уважали за то, что он никогда не нарушал неписаный закон: не трогал учителей, врачей и артистов. И, что самое важное, за десять «ходок» на зону он ни разу никого не сдал . Именно этот кодекс чести в сочетании с профессиональным мастерством и сделал образ Кирпича таким живым и узнаваемым — не просто мелкого жулика, а человека с собственными, пусть и криминальными, понятиями о справедливости.
Так что за Кирпичом стоят как минимум две реальные судьбы — Александра Прокофьева, чей характер и жизненный путь узнал в роли сам Садальский, и Леонида Крылова, чьи «подвиги» тоже легли в основу сценария. И, возможно, именно эта двойная «привязка» к реальности сделала Костю Сапрыкина таким убедительным. Он — сплав из двух судеб, переработанный талантом актёра и чутким советом Высоцкого. А тот ящик коньяка, присланный Шорой, — лучшее тому подтверждение.
