26/12/20
Майнильский инцидент: какой повод был у СССР начать войну с Финляндией

Артобстрел советской погранзаставы близ деревни Майнила стал предлогом к началу «Зимней войны» 1939-40 годов. Финскими историками этот инцидент трактуется как преднамеренная советская провокация, однако многие факты указывают на уязвимость этой точки зрения.

Предыстория

Отношения между Москвой и Хельсинки не заладились с самого начала. Несмотря на то, что большевики признали независимость Финляндии, там не спешили отвечать взаимностью своему южному соседу. Долгие годы нахождения в составе Российской империи выработали у финнов стойкое отвращение ко всему русскому. Еще более отдалила два государства Гражданская война в Финляндии, в результате которой силы местных красногвардейцев потерпели поражение и были вынуждены бежать в Россию.

Победа ультраправых националистов возродила давнюю идею о создании Великой Финляндии, куда должны были войти и территории Восточной Карелии. После признания Советской Россией независимости Эстонии в феврале 1920 года финны осмелели и стали активно поддерживать сепаратистские устремления карелов, чтобы отторгнуть их земли от советской России. Этот вопрос рассматривался и в политическом русле, однако Лига Наций допустила признание автономии Восточной Карелии лишь в составе Российской Советской Республики. Впрочем, финские националистические элиты и в дальнейшем продолжали действовать под девизом расширения географического и культурного пространства Суоми на восток.

Осенью 1939 года, когда германские войска уже хозяйничали в восточной Европе, советское правительство инициировало переговоры с финским МИДом. Нарком иностранных дел СССР Вячеслав Молотов и посол Финляндии Аарно Юрьё-Коскинен сошлись во мнении, что оба государства желают оставаться в стороне от европейской войны. Советское руководство внесло на рассмотрение проект «договора о безопасности», который предусматривал размещение на территории Финляндии 50-тысячного воинского контингента. Перед этим такие соглашения были заключены с прибалтийскими государствами – Литвой, Латвией и Эстонией.

Кроме того, Москва предлагала Хельсинки пересмотр общих границ: Финляндия должна была отодвинуть свою границу на северо-запад, а также передать СССР несколько островов на Балтике, но взамен получала вдвое большую по площади территорию в Восточной Карелии. Финские политики немедленно обратились за консультацией к британскому посланнику и получили рекомендации не идти ни на какие уступки. По данным советской разведки, такой же ответ Хельсинки получил и от Берлина.

Предпринимая такой шаг, СССР конечно же думал о безопасности собственных границ в то время, когда в Европе между большими державами развёртывалась война. В частности, советское правительство было обеспокоено морским подступом к Ленинграду со стороны Финского залива, а также близостью сухопутной границы, проходящей всего в 30 км к северу от Северной столицы. Причем, в качестве потенциального агрессора Кремль рассматривал прежде всего не Финляндию, а Германию или Англию. Территория Финляндии в этом случае скорее всего бы использовалась противником в качестве плацдарма для наступления.

Однако министр иностранных дел Финляндии Эльяс Эркко, уже определившись с внешнеполитическими приоритетами своей страны, отклонил советское предложение, назвав его абсолютно неприемлемым и возмутительным. Хельсинки к тому времени заручился поддержкой Лондона, а также рассчитывал на военную и материально-техническую помощь со стороны Швеции. В Финляндии началась широкомасштабная мобилизация. Страна готовилась к войне с Советским Союзом.

Инцидент

26 ноября 1939 года примерно в 16:00 недалеко от поселка Майнила, находившегося вблизи финской границы, прогремели семь мощных взрывов. Как позднее выяснилось, это были орудийные снаряды, угодившие в блиндаж советской погранзаставы, где располагались бойцы 3-го батальона 68-го стрелкового полка 70-й стрелковой дивизии. Жертвами атаки стали трое рядовых и один младший командир, еще девять человек получили ранения различной степени тяжести.

Уже через час на место происшествия прибыла комиссия во главе с начальником первого отдела штаба Ленинградского военного округа полковником Тихомировым, которая установила, что стрельба велась с финской стороны, огневая точка очевидно располагалась рядом с населенным пунктом Яппинен в 5 километрах от Майнилы, стреляли предположительно из противотанковой пушки. Никаких распоряжений насчет ответных действий от советского командования не поступило.

В тот же вечер Молотов принял посла Финляндии и вручил ему правительственную ноту. В документе отмечалось, что советское правительство не намерено раздувать факт возмутительной агрессии со стороны финских военных, которые возможно выбились из повиновения командованию, но надеется, что впредь подобные инциденты не повторятся. В Москве потребовали отвести финские части от границы на Карельском перешейке на 25-30 километров вглубь страны, чтобы предотвратить возможность повторных провокаций.

Посол в свою очередь сообщил, что свяжется с руководством своей страны и даст официальный ответ. Вскоре Хельсинки предоставил Москве свою ноту. В ней финские власти категорически отрицали факт обстрела советской погранзаставы. Аргументируя собственными расчетами звукометрии, финны утверждали, что орудия, из которых были произведены выстрелы, находились на расстоянии полутора-двух километров на юго-восток от места разрыва снарядов.

Кроме того, финское правительство, ссылаясь на недавнюю инспекцию приграничной зоны фельдмаршалом Маннергеймом, уверяло, что рядом с местом инцидента сосредоточены только пограничные части и «никакой артиллерии нет и в помине». Финны предположили, что обстрел мог быть результатом ошибки во время учений Красной Армии и предложили провести совместное с советской стороной расследование.

В Москве наотрез отказались от предложения Хельсинки, назвав финскую ноту «нахальной» и «неприемлемой». На этом советское правительство не остановилось и заявило, что в одностороннем порядке расторгает договор о ненападении, заключенный с Финляндией в 1932 году, и отзывает своих представителей из страны. Рано утром 30 ноября 1939 года советские части перешли финскую границу на Карельском перешейке, в тот же день советская авиация начала бомбардировку Хельсинки.

Споры

В советской историографии факт виновности Финляндии в Майнильском инциденте под сомнение никогда не ставился, финские историки, разумеется, называли этот инцидент советской провокацией, чтобы получить повод к началу войны. Впрочем, сторонники обеих версий не предоставляли убедительных доказательств своей правоты.

В советской версии существует ряд пробелов, которые не добавляют ей аргументированности. Так, в сохранившихся документах называется различное количество раненых и убитых пограничников, отсутствует поименный список пострадавших. Кроме того, ряд важных источников, например, дивизионные и корпусные документы вообще не упоминают обстрел: сведения о нем содержатся лишь в журнале боевых действий полка, который дислоцировался в окрестностях Майнилы.

Финские историки часто ссылаются на информацию, полученную от советских военнопленных, однако эти сведения нередко разнятся и противоречат друг другу. А некоторые и вовсе ставят под сомнение факт намеренной провокации с советской стороны. Так, согласно стенограмме допроса рядового Ивана Удовиченко от 15 сентября 1941 года, в день инцидента возле Майнилы подразделением НКВД проводились испытания новой модели миномета, при этом, по словам красноармейца, со стороны Финляндии неправильно оценили это событие и ответили семью оружейными залпами, один из которых угодил в батальонный блиндаж.

Историк Игорь Бунич уточняет данную версию, предполагая, что отряд НКВД во главе с майором Окуневичем при испытаниях нового орудия по ошибке обстрелял советские позиции. Сам Окуневич впоследствии подтверждал, что его бригада испытывала новый тип снаряда, но она работали по цели, координаты которой ему дало командование, и там не могли располагаться советские позиции.

Еще больше запутывает ситуацию Никита Сергеевич Хрущев, который в своих мемуарах писал, что артиллерийский обстрел возле Майнилы действительно вели советские войска, но не НКВД, а армейские части под командованием Григория Кулика, однако ему (Хрущеву) доподлинно неизвестно, кто первый открыл огонь, подразделения РККА или финские артиллеристы.

Один из наиболее популярных аргументов со стороны финских исследователей заключается в том, что все орудия еще до 26 ноября были отведены в тыл. Но по данным советской разведки, в те дни в приграничной зоне финны вели активные инженерные работы, в том числе оборудовали позиции для пушек. Кроме того, по заявлению командования РККА, в первые часы «Зимней войны» из той зоны, где якобы не должно было быть орудий по советским позициям велся активный артобстрел.

После того, как в начале 1950-х годов были нормализованы советско-финские отношения, ни одна из сторон не желала ворошить прошлое и возвращаться к спорному эпизоду общей истории. Сегодня на месте взрыва висит мемориальная табличка, возле которой развеваются два флага – СССР и Финляндии. Ее в 2009 году установила одна из политических организаций Санкт-Петербурга. Надпись на памятном знаке гласит: «Здесь на месте бывшей деревни Майнила 26 ноября 1939 года раздались выстрелы, приведшие к началу советско-финской войны 1939-40 годов».