11/01/23

Мертвецкие обмылки: что русские делали с мылом, которым обмывали покойника

В древности болезни и череду неприятных событий в жизни люди пытались объяснить сглазом и порчей. Распространено было верование, согласно которому оказать негативное воздействие на кого-либо было проще всего с помощью «мертвецких обмылков». Именно поэтому к куску мыла, которым обмывали покойника, было повышенное внимание.

Согласно одной из версий, обмылок «впитывает» в себя болезни, от которых скончался человек. Следовательно, дальнейшее использование такого мыла ни к чему хорошему не приведёт.

А вот в корыстных целях «эксплуатировать» обмылок не воспрещалось. Например, за остатками мыла, которым обмывали покойника, устраивали настоящую охоту представительницы прекрасного пола, не блещущие красотой. Важный нюанс — использовать не очень красивым дамам следовало обмылок, оставшийся после покойницы. Им они тщательно должны были умываться каждое утро.

А вот обмылок, оставшийся от покойника мужского пола, искали женщины, желающие привязать к себе мужчину. Часто к куску мылу за помощью обращались те жёны, чья семейная жизнь начинала трещать по швам. Умываться обмылком должен был теперь их благоверный.

Мертвецкие обмылки находились в ходу у разлучниц. Чтобы разрушить чье-то счастье, они подкладывали куски мыла в баню. Мужу и жене нужно было вымыться этим обмылком. Считалось, что после такого совместного мытья супруги обязательно охладеют друг к другу.

О силе мертвецкого мыла на Руси знали все, поэтому после омовения умершего человека родственники старались избавиться от мыла. Кто-то его просто выбрасывал (не очень надёжный способ), а кто-то закапывал в землю. Кстати, были ещё и те, кто считал, что обмылкам самое место в «домашней аптечке». Предки умудрялись с помощью остатков мыла лечить ревматизм, куриную слепоту, мозоли и множество других болезней. «Лекари» были уверены, что наверняка мыло поможет тем, кого зовут так же как и недавно умершего человека. Поэтому у знахарок, промышляющих такой «терапией», хранилось сразу несколько кусков мыла — оставшихся от людей с разными именами.