Разговор, ставший пророчеством
В ноябре 1939 года, в самом начале Второй мировой войны, у Сталина состоялась личная встреча с советским послом в Швеции Александрой Коллонтай. Эта революционерка, первая в мире женщина-министр, отличалась проницательностью и, что важно, вела дневники.
Суть их разговора была проста: вождь, занятый вопросами войны с Финляндией и неизбежным столкновением с Гитлером, вдруг перевел взгляд далеко в будущее. Он говорил о том, что время покажет, и что будущие поколения оценят все по достоинству. Эти мысли, изложенные Коллонтай в дневнике, легли в основу самого известного «пророчества» Сталина, которое историки М.И. Труш и Арсен Мартиросян впоследствии разобрали на цитаты.
О чем же предупреждал вождь?
Сталин смотрел на десятилетия вперед и увидел картину, пугающе похожую на то, с чем столкнулась наша страна после распада СССР. Вот основные тезисы из той беседы.
Информационная война и очернение истории
«Многие дела нашей партии и народа будут извращены и оплеваны, прежде всего за рубежом, да и в нашей стране тоже... И мое имя тоже будет оболгано, оклеветано. Мне припишут множество злодеяний». Сталин предвидел массированную атаку на историческую память и ту «пропаганду по самодискредитации», которая действительно захлестнула страну в 90-е годы.
Заговор против единства страны
Сталин понимал, что внешние силы не оставят попыток ослабить нашего геополитического конкурента. «Сионизм, рвущийся к мировому господству, будет жестоко мстить нам за наши успехи и достижения», — говорил он. Он также был уверен, что «мировой сионизм всеми силами будет стремиться уничтожить наш Союз, чтобы Россия больше никогда не могла подняться». Он предвидел, что «острие борьбы будет направлено... на отрыв окраин от России», — мысль, которая стала зловещей реальностью в 1991 году.
Разжигание межнациональной розни
Сталин прекрасно понимал, что «сила СССР — в дружбе народов». Поэтому главный удар будет нанесен именно по этой дружбе. Он предсказал, что «с особой силой поднимет голову национализм. Он на какое-то время придавит интернационализм и патриотизм... Возникнут национальные группы внутри наций и конфликты. Появится много вождей-пигмеев, предателей внутри своих наций». Кровавые конфликты на постсоветском пространстве, увы, подтвердили эти слова.
Историческая справедливость и возвращение памяти
Но в мрачных предсказаниях Сталина была и лучик надежды. Несмотря на все извращения и уничтожение прошлого, «пройдет время, и взоры новых поколений будут обращены к делам и победам нашего социалистического Отечества». Он верил, что «год за годом будут приходить новые поколения. Они вновь подымут знамя своих отцов и дедов и отдадут нам должное сполна. Свое будущее они будут строить на нашем прошлом».
Эти слова звучат не как предсказание, а как жесткое программирование будущего, попытка заложить в историю пружину, которая развернется именно тогда, когда падет железный занавес лжи. Возможно, именно в этом и заключается главная загадка Сталина: беседуя с соратниками, он смотрел на часы истории. И до сих пор мы живем в мире, где эти часы продолжают отмерять время его фантомных «побед» и призрачных ошибок.
