Мы привыкли, что наша страна — это Russia, Russland или, в крайнем случае, la Russie. Но мир куда изобретательнее, чем кажется. В некоторых языках нас называют так, что родной человек не сразу поймёт, что речь идёт о нём. Венгры именуют нас «Оросорсаг», эстонцы — «Венемаа», латыши — «Криевия», а монголы в повседневной речи говорят вовсе «Оху-ын». За каждым из этих имён — целая история, которую мы сами давно позабыли.
Когда «Россия» появилась на свет
Начнём с того, что само слово «Россия» — не такое уж и древнее. Вплоть до правления Ивана Грозного активно использовалось слово «Московия». Именно оно было хорошо известно в Европе и Азии. Само же название «Россия» появилось лишь при Петре I. До этого в ходу были и «Росия», и «Русия» — с двумя «с» или с одной. Если мы сами так долго не могли разобраться с собственным названием, чего ждать от иностранцев?
Соседи по Балтике: венеды, кривичи и карельские берега
Самые необычные названия России родились не где-нибудь, а у наших ближайших соседей — у финнов, эстонцев и латышей. И причина тому простая: эти народы познакомились с нашими предками задолго до того, как кто-то в Европе услышал слово «Русь».
Venäja, Venemaa, Veneä — всё это названия России в финском, эстонском и карельском языках. И ни одно из них не имеет ничего общего с корнем «рус» или «рос». Откуда же они взялись?
Учёные полагают: предки эстонцев и финнов контактировали с племенами венедов (по-эстонски Veneti). Венедов со Средневековья часто считали предками славян или даже западнославянским племенем. Ещё римский историк Тацит писал, что венеды обитают на землях между рекой Висла и территориями эстиев (Aestii) — людей, живших на западном побережье Балтийского моря. Некоторые современные учёные полагают, что название племени вятичей (вентичи) напрямую отсылает к венедам. Так и закрепилось: финны и эстонцы называют нас по имени тех древних соседей, с которыми когда-то пересеклись их предки.
А вот у латышей — своя история. В современном латышском языке Россия — это Krievija. И происходит это название вовсе не от венедов, а от кривичей — одного из крупнейших восточнославянских племён. Кривичи жили на приграничных с нынешней Латвией территориях, в верховьях Двины и Днепра. Они ассимилировали многие жившие там балтийские и финские племена. Память об этом соседстве и осталась в языке: «krievi» — русские, «Krievija» — Россия. Кстати, Белоруссия по-латышски — Baltkrievija, то есть «Белая Россия».
Восточные соседи: как неудобные звуки превратились в имена
В азиатских языках всё сложнее. Из-за особенностей письменности и произношения названия России приобретают дополнительную семантику, начинают что-то означать. А ещё в слове «Россия» есть звуки «о» и «у», которые не очень удобны для носителей восточных языков тюркского происхождения.
Казахи говорят «Ресей», башкиры — «Рәсәй», калмыки — «Әрәсә» (звук «ә» близок к «э»). Вроде бы узнаваемо, но без привычного «о». Монголы в официальных документах пишут «Оросын Холбооны Улс» (Российская Федерация), а в повседневной речи — «Орос улс» или вовсе «Оху-ын». Всё тот же корень «рос» — просто адаптированный под местную фонетику.
Китайцы пошли ещё дальше. В китайском языке нет звука «р». Поэтому они адаптировали слово «Россия» как «Элосы». Звучит непривычно, но корень «рос» угадывается. Китайское название, записанное иероглифами, позаимствовали вьетнамцы — и прочитали по-своему. Получился неблагозвучный результат «Ньгя-ла-ты», который потом сократили до «Ньгя». Так во Вьетнаме нас называют просто «Ня». Услышав такое, обижаться явно не стоит.
Венгерский и валлийский: экзотика по-соседски
Особняком стоит венгерский язык. На нём Россия звучит как Oroszország — «Оросорсаг». На первый взгляд — жутковато и длинно. Но всё просто: «orosz» значит «русский», а «ország» — «страна». Дословно — «русская страна». Венгры вообще любят такую конструкцию: Франция по-венгерски — Franciaország («французская страна»), Германия — Németország («немецкая страна»). Ничего удивительного.
А вот в Уэльсе нас называют Rwsia — и произносят это как «Руша». Правописание удивляет, но звучание не так уж и странно.
***
Мир называет нас по-разному. Где-то мы — «Россия», где-то — «Венемаа» или «Криевия». Где-то нас помнят как венедов, где-то — как кривичей. И в каждом из этих имён — кусочек истории, которая говорит о нас больше, чем мы сами о себе знаем. Вьетнамцы сократили наше название до «Ня», монголы — до «Оху-ын». Но за каждым из этих слов — не насмешка, а просто попытка сказать то, что не укладывается в родную фонетику. И, услышав такое, обижаться точно не стоит. Лучше вспомнить, как мы сами когда-то называли соседей — и улыбнуться.
