В конце 1940-х над идеей управляемого термоядерного синтеза бился не только Андрей Сахаров, «отец» водородной бомбы, но и сержант срочной службы Олег Лаврентьев. За плечами у него была лишь семилетка. Но именно он независимо выдвинул идею водородной бомбы и первым в СССР предложил решение задачи управляемого термоядерного синтеза. За это он не получил ни почестей, ни признания — напротив, его выслали подальше от Москвы.
Сержант, увлечённый физикой
Олег Александрович Лаврентьев родился в 1926 году во Пскове. Родители — простые малограмотные крестьяне. Сам Олег окончил семилетнюю школу. Тогда это было не редкостью, но от сверстников он отличался: ещё в школьные годы увлёкся ядерной физикой. Во время войны о дальнейшей учёбе думать было некогда: семья оказалась в оккупации, а в 1944 году Олега призвали в армию. Он участвовал в боях за освобождение Прибалтики, вернулся с фронта с медалями и продолжил службу на Сахалине.
В артиллерийском дивизионе, где служил Лаврентьев, оказалась прекрасная библиотека. Это стало поводом продолжить самообразование. Заметив интерес сержанта к физике, командование поручило ему прочесть лекцию об атомной бомбе. Лаврентьев несколько перевыполнил задание: он не просто изложил материал, а самостоятельно выдвинул идею водородной бомбы и предложил решение задачи управляемого термоядерного синтеза — то, что ускорило работы в этом направлении в СССР.
Письма в Кремль
О своём открытии Лаврентьев заявил сам. В 1949 году он написал письмо на имя Иосифа Сталина, сообщив, что знает «секрет водородной бомбы». Ответа не последовало. Тогда в 1950 году он отправил второе письмо — в ЦК ВКП(б). Реакция была мгновенной.
Лаврентьеву выделили отдельную комнату в части, где он за две недели оформил первую работу по термоядерному синтезу. Работу отпечатали на машинке и отправили секретной почтой в Москву. Рукопись уничтожили. Лаврентьев признавался, что ему было грустно смотреть, как сгорают бумаги, в которые он вложил столько труда.
Москва, МГУ и Берия
К тому моменту Олег не имел права участвовать в секретных проектах. Но после окончания десятилетки ему помогли перебраться в Москву и поступить в вуз. В 1950 году он стал студентом физического факультета МГУ.
Лаврентьев встречался с Андреем Сахаровым и Лаврентием Берией. По указанию последнего гений-самоучка получил повышенную стипендию, комнату с мебелью недалеко от центра и работу в Лаборатории измерительных приборов Академии наук.
«Забит копытами академиков»
Покровительство Берии сыграло с Лаврентьевым злую шутку. После смерти наркома в 1953 году он, как выразился писатель Максим Калашников, «был забит копытами академиков-физиков». Олега Александровича уволили из лаборатории и отправили в Харьковский физико-технический институт. Ему не давали публиковаться в «Журнале экспериментальной и теоретической физики», заклеймив как «скандалиста и автора путаных статей».
Учёные, среди которых был и известный физик Михаил Леонтович, зарубили идею Лаврентьева об электромагнитных ловушках. Позднее он сокрушался, что заключение Леонтовича притормозило исследования по ловушкам как минимум на пять лет. Первую подобную ловушку Олег Александрович соорудил лишь в 1958 году, уже в Харькове.
Забвение
Лаврентьев был наивен и не претендовал на первенство. До конца своих дней он трудился в Харьковском институте. Там же, на Украине, учёный скончался в 2011 году. Ни при жизни, ни после смерти он не удостоился тех почестей, которые получили творцы советского атомного проекта. Его имя осталось в тени — как и его идея, опередившая время и не нашедшая поддержки у тех, кто мог её оценить.
