У этого головного убора несколько названий: паколь, паккуль, читрали топи. По словам американского историка Луи Дюпре, последнее наименование в переводе с пушту означает «читральская шапка» — в 80-х годах паколь изготавливался в пакистанском округе Читрал. В Пакистане его носили исключительно пуштуны, поэтому ещё одно название — «пуштунка». А за своеобразную плоскую форму бойцы Советской Армии прозвали его просто «блином».
Что он из себя представляет
Луи Дюпре, часто бывавший в Афганистане в качестве этнолога, оставил подробное описание паколя. Учёный писал, что этот головной убор в основном носят мужчины Нуристана — региона на северо-западе страны. В 1980-х годах паколь стал непременным атрибутом афганского моджахеда. Лидер Северного альянса Ахмад Шах Масуд практически на всех фото- и видеосъёмках демонстрировал именно шерстяную «пуштунку», что только добавило ей популярности.
Традиционный паколь изготавливается из овечьей шерсти. Его можно свернуть в «блин» в жаркий период и, наоборот, развернуть, закрыв уши в холода. Существует и летний вариант — из хлопка. Внутри «пуштунка» обшита тонкой атласной тканью.
Чем «пуштунка» была удобна для советских спецназовцев
В книге Александра Сухолесского «Спецназ ГРУ в Афганистане. 1979–1989» упоминается, что всем спецназовцам для выполнения определённых задач систематически приходилось переодеваться в «духовскую» одежду, и «пуштунка» была её непременным атрибутом. Наиболее органично она смотрелась на выходцах из Средней Азии или на кавказцах — внешне эти воины практически не отличались от местного населения.
Паколь советским офицерам и солдатам нравился своей универсальностью: шерстяной, он был удобен как в палящий дневной зной, так и в холодные ночи, а также зимой — «пуштунка» фактически была всесезонным головным убором. Настолько, что некоторые спецназовцы, по словам Сухолесского, продолжали носить её даже спустя 20 лет после вывода советских войск из Афганистана. В книге есть фотография ветерана 186-го отдельного отряда особого назначения ГРУ Сергея Жданова в «пуштунке» — уже на гражданке.
Что ещё переняли «афганцы» у моджахедов
Командующий 40-й армией ограниченного контингента советских войск в Афганистане генерал-майор Борис Громов в воспоминаниях писал: главный опыт, который пришлось перенимать у душманов, — тактика ведения боя. Классические бои в условиях горной местности были невозможны, а именно им обучали офицеров и солдат в Советской Армии.
Моджахеды практиковали и навязывали «шурави» партизанские методы. Они внезапно появлялись в самых неожиданных местах, точечно атаковали и уходили в горы и ущелья. Советские танки и боевые машины пехоты не могли взбираться на горные вершины и даже обстреливать их — не позволял угол возвышения орудий.
Советским подразделениям приходилось брать пример с тактики душманов: для атак формировались небольшие ударные группы, устраивались засады на караваны, доставлявшие «духам» оружие, боеприпасы, горючее и продовольствие. И этот опыт, как и удобный паколь, оказался настолько ценным, что остался с ними надолго — даже после возвращения домой.
