Женщина с ядом в сумочке
Тамара Антоновна Иванютина родилась в 1941 году в Туле в многодетной семье. Детство пришлось на военные и послевоенные годы, но нищета и лишения не сломили ее — напротив, с ранних лет она усвоила простую и страшную истину: добиваться желаемого нужно любой ценой. Перебравшись в Киев, она вышла замуж за Олега Иванютина, который был старше ее на семь лет. Но семейное счастье длилось недолго — вернее, оно закончилось ровно в тот момент, когда Тамара поняла, что муж ей больше не нужен.
Первой жертвой стал ее собственный супруг. Иванютина начала травить его почти с первых дней совместной жизни: понемногу, капля за каплей, добавляла в еду раствор на основе таллия, зная, что этот яд имеет свойство накапливаться в организме и однажды сделает свое дело. Мотив был прост и циничен до омерзения: квартира в Киеве. Следом — родители второго мужа: им не повезло иметь загородное хозяйство.
Отравительница подходила к своему «ремеслу» с почти научной скрупулезностью. Прежде чем перейти к людям, она испытывала действие яда на соседских курах и кошках, вычисляя, какое количество отравы нужно для легкого недомогания, а какое — для верной смерти. «В таком деле случайностей быть не должно», — позже самодовольно заявит она на суде.
Школьная столовая как полигон смерти
Но самые чудовищные страницы этой истории были написаны в стенах обычной киевской школы, где Иванютина работала посудомойкой. Здесь ее жертвами стали ни в чем не повинные дети.
16 марта 1987 года в школе произошло массовое отравление — педагоги и ученики один за другим попадали в больницу с одинаковыми симптомами. Как выяснилось позже, Иванютина подмешала таллий в еду. Причина? Шестиклассники, отобедав, отказались расставлять за собой столы и стулья. «Я решила их наказать!» — заявила она на допросе.
Но и это еще не всё. Учителям, по словам Иванютиной, досталось за то, что они заставляли учеников доедать свои обеды, и из-за этого Тамаре оставалось мало отходов для домашнего хозяйства. Она разработала целый план: серия небольших отравлений должна была вызвать недоверие к качеству питания в школьной столовой. После этого школьники стали бы есть еще меньше, а она смогла бы уносить своим домашним питомцам всё больше еды.
Орудием преступления стал высокотоксичный раствор на основе таллия — так называемая жидкость Клеричи, которая применялась в геологоразведке. Яд практически не был известен судмедэкспертам, и смерти жертв долгое время списывали на сердечный приступ. Поставляла отраву знакомая лаборантка из Министерства геологии — якобы для травли грызунов. Но «грызунами» для семьи Масленко стали соседи, родственники, коллеги и даже школьники.
Семейный подряд убийц
Тамара была не одна. В преступлениях участвовала вся ее семья: сестра Нина Мацибора и их пожилые родители — Антон Митрофанович и Мария Федоровна Масленко. Обвинения были предъявлены всем четверым. Следствию удалось доказать 40 эпизодов отравления, 13 из которых завершились летально.
Поразительно, но никто из них в содеянном не раскаялся. О всех деяниях они рассказывали с придыханием и видимым удовольствием, описывали подробности отравлений. Мать Иванютиной делилась с сокамерницами своими «правилами жизни»: «Людей нужно всегда угощать, а тех, кто мешает жить — угощать ядом».
Судебно-психиатрическая экспертиза признала Тамару Иванютину вменяемой, однако было подчеркнуто, что ей присущи крайняя злопамятность и изощренная мстительность: она видит в каждом недоброжелателя и отличается повышенной конфликтностью.
Черная «Волга» как смысл жизни
Главная цель всех этих злодеяний оказалась до абсурда приземленной — черная «Волга». Иванютина хотела накопить на машину, разводя домашних животных, и, по ее мнению, эта цель оправдывала все ее преступления.
«В этой жизни нужно уметь получать то, что ты хочешь!» — заявляла во всеуслышание отравительница на процессе. Ни тени сомнения, ни капли раскаяния. Только холодная, звериная уверенность в своей правоте.
Последнее слово
Когда наступил момент последнего слова, зал замер. Что скажет женщина, отправившая на тот свет девять человек — среди них были двое детей? Будет ли просить прощения? Попытается ли оправдаться?
Иванютина резко отказалась от всего, что говорила ранее, утверждая, что давала признания под давлением. Своей вины она не признала ни по одному из эпизодов. Прощения у родственников потерпевших не просила, объяснив это надменной фразой: «У меня не то воспитание» .
Единственное, о чем она сожалела, — о том, что не смогла осуществить свою давнюю мечту и приобрести заветный автомобиль. Ни слова о загубленных жизнях, ни тени сострадания к семьям погибших. Только холодное равнодушие и чудовищный эгоизм.
Приговор и казнь
Тамара Иванютина была приговорена к высшей мере наказания — смертной казни с конфискацией имущества. Сестра Нина получила 15 лет лишения свободы, родители — 10 и 13 лет соответственно. Общественность, пострадавшие и родственники погибших были возмущены тем, что члены семьи так «легко отделались», и требовали для них высшей меры.
Иванютину расстреляли 6 декабря 1990 года в Лукьяновской тюрьме Киева. Она стала третьей и последней женщиной в Советском Союзе, приговоренной в послевоенное время к смертной казни. С тех пор в России высшей мерой наказания для женщин стало 25 лет лишения свободы.
Эпилог
Ее история — это не просто криминальная хроника. Это мрачное зеркало эпохи, где человеческая жизнь оказалась дешевле автомобиля, а воспитание стало оправданием для жестокости. «У меня не то воспитание» — эти слова, сказанные в последнем слове, звучат как приговор не только самой Иванютиной, но и той системе ценностей, где желание обладать черной «Волгой» перевешивает все нравственные запреты.
Она умерла, так и не поняв, что убивала не ради машины — она убивала ради собственной пустоты, которую никакая «Волга» заполнить не могла. И в этом, пожалуй, самая страшная ирония ее судьбы: мечта всей жизни так и осталась мечтой, а память о ней — кровавым пятном на страницах советской криминалистики. Тамара Иванютина стала последней казненной женщиной в СССР, но ее история, к сожалению, не стала последней историей человеческой жестокости.
