Ситуация, знакомая многим: женщину зовут Светлана, она приходит креститься или подаёт записку о здравии, а священник говорит — в святцах такого имени нет. Либо предлагает крестить под другим именем, либо мягко поясняет, что ваша небесная покровительница — святая Фотиния. Возникает естественный вопрос: почему имя, которое носили миллионы советских и постсоветских женщин, включая дочь Сталина, вдруг оказалось «незаконным» с точки зрения церковного календаря? Ответ на самом деле лежит не в богословии, а в истории языка и литературной моде. И он куда интереснее, чем просто «запретили».
Святцы как юридический документ, а не список красивых имён
Чтобы понять логику церкви, нужно принять простую вещь: святцы — это не рекомендательный перечень, а календарь поминовения конкретных людей, канонизированных церковью. Если святого с таким именем нет, то и имени в церковном календаре быть не может. До революции этот принцип соблюдался строго. В дореволюционных руководствах для священников прямо указывалось: при наречении имени нельзя использовать такие имена, как Светлана, поскольку «среди чтимых в православной Церкви угодников Божиих совсем нет святых с такими именами» .
Исследовательница русской ономастики Елена Душечкина в своей монографии о культурной истории имени Светлана фиксирует тот же факт: имя не входило в святцы и не встречалось в памятниках древнерусской письменности . Более того, в святцах вообще нет женских имён с корнем «свет», хотя есть множество имён иноязычных, производных от того же значения . Это важный нюанс: церковь не питала отвращения к понятию света. Просто конкретного человека по имени Светлана среди святых не было.
Жуковский тут ни при чём, но без него не обошлось
Откуда же взялось само имя, если его не было ни в святцах, ни в древнерусских источниках? Здесь начинается самое интересное. Имя Светлана — литературное по происхождению. Оно вошло в русский язык благодаря балладе Василия Жуковского «Светлана», опубликованной в 1813 году и посвящённой его племяннице Александре Протасовой . Белинский называл Жуковского «певцом Светланы», настолько прочно имя срослось с балладой. В 1820 году произведение вошло в «Учебную книгу российской словесности», и имя начало своё победное шествие сначала как литературный образ, а затем — как реальное имя в быту .
До второй половины XIX века Светлана существовала скорее как «домашнее», неофициальное имя. Женщину могли звать Светланой в семье, но при крещении она получала другое, каноническое имя. Ситуация изменилась после революции. В советское время, когда церковный календарь потерял юридическую силу, имя Светлана вошло в официальный оборот в ЗАГСах и стало одним из символов новой эпохи. Показательно, что своих дочерей назвали Светланами и Тухачевский, и Бухарин, и Сталин . Это был уже не литературный жест, а идеологический.
Что предлагает церковь сегодня
Строгость дореволюционных правил сегодня смягчена практикой, но не отменена. Когда Светлана приходит креститься, священник, как правило, не отказывает. Он предлагает крестить её под именем Фотиния (или Фотина). Это не произвольная замена и не наказание. Греческое имя Фотиния образовано от того же корня «свет» и является смысловым эквивалентом славянского имени Светлана. В православном календаре Фотиния — это святая, чья память совершается 13 февраля (по старому стилю) .
На вопрос, можно ли в записках писать «Светлана», а не «Фотиния», протоиерей Андрей Ефанов отвечает прямо: это одно и то же имя, просто на разных языках, как Иоанн, Ян и Джон . Разницы для поминовения нет. Традиционно пишут Фотинию, но суть не меняется.
Есть и более сложный момент, связанный с тем, какая именно Фотиния имеется в виду. В русском календаре 13 февраля указана «преподобная Фотина (Светлана) Палестинская» . Однако в греческой и балканской традициях широко почитается другая святая — мученица Фотина Самаряныня, та самая женщина у колодца, с которой беседовал Христос. Её память в славянской традиции приходится на 20 марта, а в греческой — на 26 февраля . Это разные святые с совпадающим именем. Для рядового верующего это обычно не имеет практического значения, но показывает, насколько сложной может быть календарная путаница вокруг одного имени.
Почему это вообще стало проблемой
Главная причина недоразумений — исторический разрыв. В советские десятилетия имя Светлана стало массовым, привычным и «своим». Церковный календарь за это время не изменился: новых святых с этим именем не появилось, а старые святцы остались как были. В результате возникло расхождение между паспортным именем и тем, что церковь может предложить при крещении.
Кто-то воспринимает это как несправедливость. Но с точки зрения церковной логики всё последовательно: если вы хотите креститься, вам нужен небесный покровитель, а не просто красивое слово. Покровитель с именем Светлана отсутствует, но есть Фотиния, которая означает то же самое. Это не унижение и не отказ признать ваше имя «настоящим». Это просто указание на то, что в церковной традиции у света есть конкретное женское лицо, и оно греческое.
Так что Светлана не «запрещена». Она просто не вписана в календарь святых, потому что придумана поэтом, а не канонизирована церковью. А Фотиния — это не чужое имя, а её греческая сестра-близнец по смыслу.
