Вопрос о том, у каких народов России «не бывает» отрицательного резус-фактора, звучит как абсолютная данность, но в реальности речь идёт о статистике, а не о биологическом запрете. Отрицательный резус (отсутствие антигена D) — это признак, который может появиться у любого человека, если оба родителя передали ему рецессивный аллель. Однако частота этого признака в разных популяциях различается на порядки. И есть народы, у которых отрицательный резус встречается настолько редко, что в бытовом смысле о нём можно говорить как о «отсутствующем».
Якуты: 0,4% — почти исключение
Самое убедительное свидетельство приходит из исследования, опубликованного в журнале «Вопросы гематологии/онкологии и иммунопатологии в педиатрии». У якутов (саха) частота антигена D составила 99,60%, а отрицательный резус — 0,40% . Для сравнения: у русских в той же выборке отрицательный резус был у 14,06% . Разница более чем в тридцать раз.
Эта цифра подтверждается и клинической практикой. Заведующий резус-лабораторией в отзыве на диссертацию, посвящённую трансфузионно опасным антигенам у якутов, отмечал: «Полученные данные о чрезвычайно высокой частоте встречаемости в популяции антигена D (99,6%) имеют не только научное, но и организационное, а также экономическое значение. По сути, это означает, что возможность аллоиммунизации к антигену D будет низкой, частота встречаемости иммуноконфликтных беременностей, гемолитической болезни плода и новорожденного по системе резус низкой» .
Иными словами, у якутов отрицательный резус — не просто редкость. Это редкость, которая меняет протоколы медицинской помощи. Врачи в Якутии могут позволить себе меньше внимания к резус-конфликту, чем в Центральной России, потому что вероятность встретить резус-отрицательную женщину здесь ничтожно мала.
Чукчи и коряки: 100% в большинстве групп
Данные по народам Северо-Востока ещё более радикальны. В сборнике «Чукотка» (2008), подготовленном на основе фундаментальных сводок по гематологии, приведены результаты исследования 22 групп коренного населения. В 20 из них резус-положительный ген D составил 100%. Лишь в двух группах — у чукчей Беринговского района и коряков Карагинского района — зафиксирована небольшая примесь рецессивного аллеля d: 0,088 и 0,097 соответственно .
Авторы прямо связывают эту примесь с европеоидным влиянием: обе группы — приморские, и вероятность метисации у них выше, чем у тундровых оленеводов. У «типичных» чукчей и коряков, не смешанных с пришлым населением, отрицательного резуса практически нет. В фундаментальных сводках, на которые ссылается сборник, указано: «среди этносов северо-востока Сибири и Севера Америки доминантный ген Rh (D) практически везде распространён в 100%, независимо от этнической принадлежности популяции» .
Ханты и манси: чем дальше в тайгу, тем меньше
Данные по обским уграм показывают ту же закономерность, но с важным нюансом. Исследование 2006 года, опубликованное в Вестнике Тюменского государственного университета, сравнило разные группы ханты. У лесных ханты из деревни Русскинская кровь всех обследованных оказалась резус-положительной. У поселковых ханты (Угут) уже появлялись резус-отрицательные индивиды — 2,8%, что авторы объясняют привнесением «европеоидного» антигена С и метисацией .
Манси в исследовании 1974 года (данные Давыдовой, приведённые в той же работе) показали 2,8% резус-отрицательных . Это всё ещё крайне низкие цифры по сравнению с русскими (около 14%), но уже не «ноль». Разница между лесными и поселковыми группами показывает, что изоляция и близкородственные браки поддерживают высокую частоту гена D, а контакты с пришлым населением её снижают.
Удмурты: 4,9% — уже не «никогда»
Диссертационное исследование по финно-угорским народам приводит данные, которые показывают границу между «редкостью» и «отсутствием». У удмуртов частота резус-отрицательного фенотипа ccddee составила 4,9%. Для сравнения: у мокша и эрзя — около 14%, у венгров — 12%, у коми — 11,3%. Но у ханты этот показатель был 0,65%, а у манси в исследованной выборке не выявлен вовсе .
Удмурты — уже не тот случай, когда можно говорить «не бывает». 4,9% — это примерно один человек из двадцати. Для медицинских целей это означает, что резус-конфликт у удмуртов возможен, хотя и реже, чем у русских. Но в контексте вопроса о народах, у которых отрицательный резус практически отсутствует, удмурты находятся на границе.
Что стоит за этими цифрами
Распределение резус-фактора — это не случайность и не «чистота крови». Это результат истории популяций. Народы Северо-Востока Сибири и Арктики формировались в условиях изоляции и малых чисел, где ген D закрепился почти полностью. Народы, жившие на путях миграций или контактировавшие с европеоидным населением, получили примесь рецессивного аллеля.
Русские, у которых отрицательный резус составляет около 14–15%, — это европейская популяция с типичной для Европы частотой. Якуты, чукчи, коряки, лесные ханты — популяции с почти абсолютным доминированием гена D.
С практической точки зрения это означает, что в Якутии или на Чукотке проблема резус-конфликта при беременности стоит менее остро, чем в Москве или Санкт-Петербурге. Но это не отменяет необходимости проверять резус у каждой женщины. «Не бывает» в статистике не означает «не бывает» в конкретном случае. Один человек из двухсот пятидесяти — это всё равно человек. И для него отрицательный резус будет такой же реальностью, как и для любого другого.
