27/10/21

Присвоил 225 миллионов: за что белоэмигранты хотели убить царского офицера Алексея Игнатьева

Сегодня имя Алексея Игнатьева практически позабыто. А между тем именно он стал инициатором возрождения в СССР суворовских училищ, а также введения в Красной Армии погон. Впрочем, Игнатьев мог проститься с жизнью, еще находясь во Франции. После революции эмигранты объявили бывшему графу настоящую войну.

В царской армии

Алексей Алексеевич Игнатьев родился в 1877 году в Санкт-Петербурге в дворянской семье. Если верить Денису Соловьеву, автору издания «Все генералы Сталина», Игнатьев окончил Пажеский Его Величества корпус, а потом и Николаевскую академию Генерального штаба. Впоследствии Алексей Алексеевич изучил кавалерийское дело и был назначен командиром эскадрона. К 1908 году, побывав на фронтах русско-японской войны, граф Игнатьев дослужился до звания подполковника. Тогда же Алексей Алексеевич стал военным атташе: в этой должности он служил в Скандинавских странах: Дании, Швеции и Норвегии.

В 1912 году Алексея Игнатьева назначили военным агентом во Францию. Как писал Марк Чарный в издании «Время и его герои», в годы Первой Мировой войны именно через руки Игнатьева проходили военные заказы, которые царское правительство размещало за границей. Граф контролировал выполнение заказов, следил за доставкой продукции в Россию, а также отвечал за сохранность русского военного имущества и денежных средств. Последние обязанности и стали определяющими в судьбе Игнатьева. После революции он оказался единственным человеком во Франции, имеющим право распоряжаться счетом России в «Банк де Франс».

225 миллионов франков

Несмотря на то, что в 1917 году Алексей Игнатьев продолжал находиться за границей, он встретил революцию, произошедшую в России, с радостью. Впрочем, он служил в Париже до 1937 года, правда, уже на стороне советской власти. Как утверждает Олег Смыслов, автор книги «Любовь на службе царской», после победы большевиков многие страны подбирались к российским счетам, находившимся в иностранных банках. Но французов Игнатьев сумел опередить: в 1924 году он перевел 225 миллионов франков, когда-то предназначавшихся для закупки вооружения, на свой собственный счет, а после явился в советское посольство с просьбой взамен на деньги выдать ему советский паспорт и разрешить вернуться на родину.

Однако Алексею Игнатьеву пришлось остаться во французской столице: его определили на работу в советское торговое представительство. В тот период Игнатьев оказался в полной изоляции: эмигранты осуждали его за то, что он отдал такую сумму Советской России. Как пишет Константин Залесский в энциклопедии «Великая Отечественная война», в эмигрантских кругах Алексею Алексеевичу объявили настоящий бойкот. Заявление с осуждением поступка бывшего графа подписал и его родной брат. Мало того, по некоторым данным, Игнатьева даже приговорили к смерти. Впрочем, через несколько лет он покинул Францию живым и невредимым.

На службе в Советской России

После возвращения на родину Алексей Игнатьев был назначен инспектором военных училищ. Как утверждает Мирей Массип в своей книге «Истина – дочь времени. Александр Казем-Бек и русская эмиграция на Западе», по сути обязанности Игнатьева состояли в том, чтобы обучать красноармейцев хорошим манерам. Неудивительно, что именно граф стал инициатором возрождения в СССР суворовских училищ. Текст письма Игнатьева с таким предложением в адрес Иосифа Сталина, датированного апрелем 1943 года, приведен в книге А. П. Криворчуко и А. А.Криворучко, «Суворовец – гордость Отечества». Так, благодаря Алексею Алексеевичу, в уже Советской России вновь появились суворовцы и нахимовцы. Мало того, именно с подачи Игнатьева в Красной Армии было введено ношение погон.

Если верить Владимиру Соколову, автору книги «Военная агентурная разведка. История вне идеологии и политики», в том же 1943 году по личному указанию Сталина Алексею Игнатьеву было присвоено звание генерал-лейтенант. Через 4 года после этого Алексей Алексеевич ушел в отставку. Находясь на заслуженном отдыхе, он написал мемуары под названием «50 лет в строю». Однако, по мнению Соколова, даже в них военачальник так и не раскрыл причины, побудившие его после революции перейти на сторону Советской власти и вернуться на родину. Впрочем, свой век Игнатьев спокойно дожил и в Советском Союзе. Он умер вскоре после кончины Сталина в 1954 году.