«Бой на последнем патроне»: сколько боеприпасов выдавали красноармейцу перед сражением
Боекомплект как единица измерения
В Красной Армии существовало понятие «боекомплект» (или сокращенно — б/к). Это не фиксированное число, а условный набор боеприпасов, необходимый для ведения боя в течение определенного времени. Для винтовки и автомата боекомплект был одним, для пулемета — другим, для орудия — третьим. Боец под Курском в 1943-м и боец в мясорубке 1941-го имели совершенно разные цифры за спиной.
Винтовка и автомат: сколько на брата
Основным оружием пехоты была знаменитая винтовка Мосина, которой за годы войны выпустили более 12 миллионов экземпляров . К началу войны норма для стрелка составляла около 150 патронов к винтовке. Это был «идеальный» боекомплект. Но идеал от реальности часто отстоял далеко.
Летом и осенью 1941 года, когда фронт катился на восток, а склады горели или попадали в руки врага, вопрос стоял остро. В распоряжении штаба 9-й армии от 24 июля 1941 года, когда боеприпасы были «в напряженном положении», предписывалось установить норму суточного расхода винтовочных патронов... в 1/4 боекомплекта . То есть вместо 150 патронов бойцу фактически выдавали около 35–40.
Что касается автоматического оружия, картина была схожей. Для пистолетов-пулеметов (ППШ, ППД) норма боекомплекта составляла порядка 300 патронов в магазинах . Но в реальности, из-за хронической нехватки ресурсов в первые два года войны, стрелки часто шли в бой с одним-двумя снаряженными дисками.
Пулеметчики: кровь и лишний вес
Пулеметчики на войне были на особом счету. От них требовалось не только мужество, но и физическая сила: таскать за собой ящики с лентами. Для ручного пулемета Дегтярева (ДП) полный боекомплект составлял около 800 патронов — это примерно 12–16 дисков по 47 патронов . Для станкового «Максима», который использовал матерчатую ленту на 250 патронов, нормой было уже 2500 патронов . Такая разница объяснялась ролью в бою: «Максим» был основой оборонительного огня и должен был стрелять беспрерывно.
Однако и здесь вступала в силу жестокая реальность. Летом 1941 года суточная норма расхода патронов для пулеметов могла быть урезана до минимума, как и для винтовок . Пулеметчикам часто приходилось рассчитывать только на один боекомплект, который они несли на себе. При этом запас патронов к крупнокалиберному пулемету ДШК мог составлять 2000 патронов .
«Снарядный голод» и орудийные расчеты
Самая тяжелая ситуация сложилась с артиллерией. В апреле 1941 года маршалы Тимошенко и Жуков докладывали Сталину, что для ведения полноценной войны необходимо иметь трехмесячный запас снарядов на каждое орудие. К 1 апреля этого запаса не было практически ни у кого. Например, 45-мм противотанковые пушки были обеспечены лишь на 1,3 месяца боев, а 152-мм гаубицы — и вовсе менее чем на месяц .
В довоенной теории считалось, что боекомплект к орудию должен был быть огромным: для 76-мм дивизионной пушки — 608 снарядов на орудие, для 122-мм гаубицы — 296, для тяжелой 152-мм — 120 . Но эти цифры были скорее мечтой. В приграничных сражениях 1941 года были потеряны колоссальные запасы. При отступлении из Каменец-Подольского укрепрайона советские части были вынуждены уничтожить около миллиона снарядов .
В директивах тех дней встречаются жесткие лимиты: 15–20 выстрелов на 76-мм орудие в сутки . Это означало, что артиллеристам приказывали экономить каждый снаряд, стрелять только по гарантированной цели. Война учила воевать «малой кровью» не только на словах, но и на практике: если нет снарядов, врага остановишь только грудью.
Интересный нюанс про ПТР
Особняком стояли противотанковые ружья (ПТРД и ПТРС), которые появились в войсках в 1941 году. Их патрон калибра 14,5 мм был уникальным и дорогим в производстве . Нормы расхода по ним были жестко лимитированы. Расчет должен был бить наверняка — снайперски, по уязвимым местам танка. В отличие от пулеметчика, «противотанкист» нес с собой всего несколько обойм, но каждый выстрел решал исход боя.
История боеприпасов — это история того, как страна училась воевать. От катастрофической нехватки летом 1941-го до относительного насыщения к 1943–1944 годам, когда промышленность эвакуировали и наладила бесперебойный выпуск. Солдатский боекомплект был не просто цифрой — он был мерилом того, насколько страна готова платить за Победу железом и свинцом. И зачастую бойцы шли в атаку, имея в подсумках лишь половину от положенного, рассчитывая не на арсеналы в тылу, а на меткость своего выстрела и помощь товарища.
