Казачество — явление сложное и противоречивое. В сознании народном они то вольные удальцы, то защитники рубежей. Но были среди казаков и такие, кого боялись и ненавидели все: и простой люд, и реестровые казаки, и даже собственная власть, которая их нанимала. Такими одиозными фигурами в истории Гетманщины XVII–XVIII веков стали сердюки — профессиональные наёмники, личная гвардия гетманов, заслужившая репутацию безжалостных исполнителей любой воли своего хозяина.
Кто такие сердюки
Само слово «сердюк» до сих пор не имеет однозначного толкования. Историки спорят о его происхождении. Архиепископ Григорий Конисский возводил название к «злому» или «сердитому» нраву этих наёмников. Историк Николай Костомаров видел корни в османском «серденгеч» — что означает «беспощадный».
Есть и другая версия: название пошло от «Средневого полка» — личной гвардии гетмана Петра Дорошенко на Правобережной Украине. А согласно Википедии, термин происходит от турецкого sürtük — «проводник, соглядатай».
Как бы то ни было, в народной памяти это слово стало синонимом чужака, наёмника, пришлого негодяя.
Первые упоминания о сердюках относятся к 1674 году. В исторических документах это — казаки наёмных пехотных полков на Правобережной, а позже и на Левобережной Украине.
Кто служил в сердюцких полках
Сердюки были профессиональными наёмниками. В отличие от реестровых казаков, они не были связаны ни с каким конкретным краем или общиной. Набирались они из казаков и других «охочих людей». Служили в полках и волохи, и поляки. В период 1660–1679 годов значительную часть сердюцких полков составляли украинцы и белорусы с Правобережья. В документах их часто обобщали в одно название — «литва». К началу XVIII века части сердюков пополнялись белорусами, поляками, жителями Придунавья.
Эти люди не имели оседлости, жилья, они бродяжничали, продавая своё оружие то казацким, то польским войскам. Для левобережных казаков, свято блюдущих казачьи вольности, сердюки были отребьем, низводившим военное дело до статуса ремесла, продаваемого за деньги. Наёмник, воюющий не за веру и отечество, а за жалованье, — что может быть презреннее в глазах вольного казака?
Личная гвардия гетманов
Под покровительством гетмана Петра Дорошенко состояло пять пехотных полков сердюков, каждый численностью 400–500 человек. Всего, по некоторым данным, у Дорошенко было до 20 тысяч наёмников. В задачи сердюков входило обеспечение безопасности гетманской резиденции, охрана военных складов и артиллерии. По сути, это была личная гвардия гетмана, его опора в борьбе с непокорной старшиной и бунтующей чернью.
При Иване Мазепе количество сердюков сократилось до трёх полков. Они квартировались в Батурине и назывались «мазепиными гвардейцами». Жалованье они получали, наряду с компанейцами (конными наёмниками), в Малороссийской коллегии.
«Чернью они играли, как мячом»
Сердюки и их хозяева хорошо понимали: единственное, что удерживает власть, — это страх. Поэтому наёмная гвардия становилась главным инструментом подавления любых протестных настроений.
Жестокость, с которой действовали сердюки, не знала границ. В «Истории Малой России» Д.Н. Бантыша-Каменского приводятся слова, что «чернью они играли, как мячом». За это народ их люто ненавидел. Чиновники содрогались, если за ними присылали наёмников-казаков.
Рост недовольства народа, выливавшийся в протестное движение, наиболее действенно подавлялся именно личной гетманской гвардией. Сердюки не знали пощады — они выполняли приказ. Для простого люда дорошенковцы выступали защитниками интересов власть имущих, ненавидимых народом.
Ненавидели их и войска. Старые казаки видели в сердюках угрозу своим вольностям. В письме стародубского горожанина Суслова киевскому воеводе (1696 год) говорится, что при племяннике Мазепы Обидовском нет ни одного казака, только поляки. Старые казаки искореняются, отнимаются их вольности, а их самих обращают в подданство. Гетман Дорошенко жалует лишь полки сердюцкие, охотницкие и компанейские. И в тех полках нет ни одного природного казака — сплошь поляки.
Падение и позор
В 1708 году, когда Мазепа перешёл на сторону шведов, сердюцкие гарнизоны в Батурине были уничтожены войсками Меншикова. «При падении своём (в 1708 году, исключая одного полка, вернаго) сделались притчею в людях», — говорится в исторических хрониках.
Окончательно сердюцкие полки были распущены в июле 1726 года по указу императора Петра II. Причина — ограничение гетманской власти и искоренение кумовства и воровства в Малороссии.
Но даже после роспуска бывшие сердюки не нашли покоя. Люди чурались их. Избегшие участи смерти питались заработками самыми низкими: работали в народных банях, винокурнях, обращались в подёнщики. Бывшие сердюки могли рассчитывать лишь на самые негодные места для заработка, которых избегали другие.
Вместо заключения
Сердюки стали воплощением самой тёмной стороны наёмничества. Они не были ни защитниками, ни освободителями. Они были инструментом — бездушным, жестоким и совершенно безразличным к тем, на ком зарабатывали свои деньги. Их боялись и ненавидели все: и те, кого они подавляли, и те, кто их нанимал, и те, кто сражался с ними плечом к плечу. И когда их время прошло, они остались никому не нужными — изгоями, которым не простили ни их жестокости, ни их предательства. История сердюков — это горькое напоминание о том, чем оборачивается война, превращённая в ремесло, и власть, держащаяся на страхе.
