Троцкий не собирался «спасать» СССР в том виде, в каком он сложился при Сталине. Он считал сталинский режим термидором — перерождением революции — и планировал его свергнуть. Но свергнуть он хотел не для того, чтобы вернуть «ленинские нормы». Он хотел вернуть страну к перманентной революции — то есть к экспорту революции в Европу и Азию, к отказу от «социализма в одной стране» и к ликвидации бюрократии как класса. В своих прогнозах он прямо допускал, что свержение сталинской верхушки без замены её новой социалистической властью означало бы капиталистическую реставрацию и распад СССР.
Термидор, бонапартизм и «бюрократический класс»
Троцкий не считал сталинский СССР социалистическим государством. В «Преданной революции» (1936) он писал: «Советский Союз — это рабочее государство с бюрократическим перерождением». То есть формально собственность на средства производства оставалась государственной, но управляла этим государством бюрократия, которая действовала в своих интересах, а не в интересах рабочего класса .
Он развил эту мысль в концепцию термидора — аналогии с Французской революцией, где термидорианский переворот положил конец якобинской диктатуре. Троцкий утверждал, что в СССР термидор и бонапартизм идут одновременно: сталинская верхушка «лавирует между пролетариатом и крестьянством, между рабочим государством и мировым империализмом», а сам Сталин «достиг полного сосредоточения власти в своих руках», опираясь на «высший слой новой социальной иерархии против низшего» .
Иначе говоря, для Троцкого сталинский режим был не социализмом, а предательством социализма — и потому подлежал свержению.
Прогнозы Троцкого: что будет, если сталинскую верхушку убрать
В 1930-е годы Троцкий разработал несколько сценариев будущего СССР. Эти прогнозы — ключ к пониманию того, что он планировал.
Сценарий первый: капиталистическая реставрация через буржуазную партию. Если бы правящая каста была низвергнута «буржуазной партией», она «нашла бы немало готовых слуг среди нынешних бюрократов, администраторов, техников, директоров, партийных секретарей». Главной задачей новой власти стало бы восстановление частной собственности. Денационализация началась бы с лёгкой промышленности, колхозы распались бы, плановое начало превратилось бы в «серию компромиссов» между государством и «потенциальными собственниками» .
Сценарий второй: бюрократия сохраняет власть. Если бы контрреволюционная партия не пришла к власти, бюрократия осталась бы во главе государства. Но и в этом случае социальные отношения не застыли бы. Троцкий писал: «Нельзя рассчитывать на то, что бюрократия мирно и добровольно откажется от самой себя в пользу социалистического равенства». На дальнейшей стадии она неизбежно стала бы искать опоры в имущественных отношениях. «Недостаточно быть директором треста, нужно быть пайщиком. Победа бюрократии в этой решающей области означала бы превращение её в новый имущий класс» .
Сценарий третий: революционное свержение бюрократии. Единственный сценарий, который Троцкий считал желательным: «Советская бюрократия низвергнута революционной партией, которая имеет все качества старого большевизма и в то же время обогащена мировым опытом». Эта партия должна была восстановить рабочую демократию, ликвидировать привилегии бюрократии и вернуть страну на путь перманентной революции .
Перманентная революция как альтернатива «социализму в одной стране»
Главное теоретическое расхождение Троцкого со Сталиным касалось характера революции. Троцкий с 1905 года отстаивал теорию перманентной революции: социалистическая революция начинается на национальной арене, но не может завершиться в национальных рамках. Она должна «разворачиваться на международной арене и завершаться на мировой арене» .
Сталин в 1924 году выдвинул противоположную теорию — «социализм в одном отдельно взятом стране». Троцкий считал это предательством марксизма. В 1930 году он прямо писал, что путь Сталина ведёт к «мессианскому национализму, бюрократически-абстрактному интернационализму и ликвидации Коммунистического Интернационала» . (Сталин действительно распустил Коминтерн в 1943 году.)
Для Троцкого возвращение к перманентной революции означало бы отказ от изоляционизма, ставку на революции в Европе и Азии, и подчинение интересов советской бюрократии интересам мировой революции. Он считал, что чем сильнее бюрократия укреплялась в СССР, тем слабее становился мировой рабочий класс — и наоборот .
Что планировалось на практике: планы свержения Сталина
Теоретические построения Троцкого имели практическое измерение. В 1930-е годы он вёл непримиримую борьбу против Сталина, создал IV Интернационал (1938) как альтернативу Коминтерну и активно искал союзников.
Ряд историков и источников (в том числе материалы, цитируемые в российских академических изданиях) утверждают, что Троцкий обсуждал с представителями германских и японских кругов планы свержения Сталина в случае войны. В этих материалах фигурируют обещания «территориальных уступок»: Германии — Украины, Японии — Приморья и Приамурья, доступа к сахалинской нефти и золоту . Эти документы исходят из советских следственных материалов 1936–1938 годов и требуют критического отношения: они были получены под пытками и использовались для обоснования репрессий. Однако сам факт того, что такие обвинения выдвигались и что Троцкий в эмиграции искал любые средства для борьбы со Сталиным, не оспаривается.
Существует и другая линия: в 1939–1940 годах, по данным архивов НКВД, рассматривалась возможность переброски Троцкого в СССР для возглавления «революционного движения» против Сталина. Эти планы связывались с англо-французскими кругами, которые якобы хотели использовать Троцкого для дестабилизации СССР . Это остаётся исторической гипотезой, но она показывает, что сам Троцкий не исключал возвращения на родину в качестве лидера антисталинского переворота.
Завещание: «Я умру с верой в коммунистическое будущее»
Троцкий был убит 20 августа 1940 года агентом НКВД Рамоном Меркадером в Мексике . Его последнее политическое завещание, написанное за полгода до смерти, не содержит конкретных планов. Оно содержит декларацию верности:
«Я умираю пролетарским революционером, марксистом, диалектическим материалистом и, следовательно, непримиримым атеистом. Моя вера в коммунистическое будущее человечества не ослабла, она сейчас даже крепче, чем в юности» .
Он не отказался ни от одной из своих позиций. Он не примирился со Сталиным. Он не признал «социализм в одной стране». Он умер, считая сталинский СССР искажением того дела, которому посвятил жизнь, — и веря, что будущие поколения «очистят» жизнь от «всех зол, угнетения и насилия» .
Заключение
Ответ на вопрос «что планировал Троцкий с СССР» не сводится к одной фразе. Он планировал:
-
свергнуть сталинскую бюрократию — которую считал термидорианским перерождением революции;
-
вернуть страну к перманентной революции — то есть к экспорту революции и отказу от изоляционизма;
-
ликвидировать бюрократию как привилегированный слой и восстановить рабочую демократию;
-
не допустить капиталистической реставрации — но при этом сам признавал, что свержение бюрократии без замены её новой социалистической властью неизбежно ведёт к капитализму.
Он не дожил до реализации ни одного из этих сценариев. СССР распался через пятьдесят один год после его смерти — и распался не так, как он предсказывал в «Преданной революции», хотя некоторые его прогнозы (о перерождении бюрократии в «новый имущий класс», о неизбежности капиталистической реставрации при определённых условиях) выглядят пророческими.
