У этого названия нет ни легенды, ни древнего проклятия, ни ительменского предания. Долина смерти в Кроноцком заповеднике не упоминается ни в описаниях Степана Крашенинникова, ни в отчётах экспедиций XIX века, ни в рассказах камчадалов-охотников. Её просто не знали — и это само по себе объяснимо. Место лежит в верховьях реки Гейзерной, у западного подножия вулкана Кихпиныч, в нескольких километрах выше знаменитой Долины гейзеров. Глухой участок с крутыми бортами, куда без надобности не пойдёшь.
Долину гейзеров Татьяна Устинова открыла в 1941 году, и три десятилетия спустя учёные и сотрудники заповедника продолжали обследовать окрестности. Летом 1975 года вулканолог Владимир Леонов из Института вулканологии ДВНЦ АН СССР и лесничий Кроноцкого заповедника Владимир Каляев вышли в верховья Гейзерной и наткнулись на то, что дало месту имя. Оба, по имеющимся свидетельствам, обнаружили участок независимо друг от друга и почти одновременно.
Что они увидели
На дне узкого распадка, на серо-жёлтом голом грунте, лежали трупы животных. Много трупов, разных видов и в разной степени сохранности: медведи, лисицы, росомахи, зайцы, мыши, вороны, орланы. Некоторые явно лежали давно — но не разложились так, как должны были бы в летнем лесу.
Первое, что приходит в голову в заповеднике при виде мёртвого медведя, — браконьеры. Но пулевых ранений не было. Вторая версия — эпизоотия, болезнь. Но мор не выбирает одновременно медведей, птиц и грызунов, и он не оставляет тела нетронутыми: падаль в природе исчезает быстро, её растаскивают, её съедают насекомые. Здесь же не было даже мух.
Именно это отсутствие падальщиков подсказало ответ. Животные не приходили сюда умирать по случайности — они шли на запах мёртвых и погибали сами. Лисица, привлечённая тушей зайца, ложилась рядом. Росомаха, пришедшая за лисицей, ложилась следом. Медведь, вышедший весной из берлоги голодным, находил готовый обед и оставался тут же. Цепочка замыкалась, и каждый новый труп становился приманкой для следующего.
Откуда смерть
Ответ лежал под ногами. Кихпиныч — действующий вулкан, и склон, на котором расположена долина, — часть его фумарольного поля. Через трещины в грунте поднимаются вулканические газы. Долина узкая, с высокими бортами, и в безветренную погоду газы, которые тяжелее воздуха, накапливаются у дна, как вода в ванне.
По результатам анализов, которые проводил Институт вулканологии в конце 1970-х — 1980-е годы, основу газовой смеси составляют углекислый газ и сероводород. Обсуждалось и присутствие более экзотических компонентов — сернистых соединений вроде сероуглерода и карбонилсульфида, а в некоторых публикациях того времени сообщалось о цианистых соединениях. Последнее оставалось предметом споров, и в поздних работах основными убийцами называют именно углекислоту и сероводород. Их вполне достаточно: концентрация углекислого газа в несколько процентов вызывает удушье, а сероводород в высоких дозах парализует дыхательный центр за считаные вдохи. Мелкое животное, идущее по земле, попадает в самый плотный слой и гибнет быстро; медведю, чья голова выше, нужно больше времени, но он ложится, чтобы есть, — и получает своё.
Отсюда и нетронутые трупы: в мёртвой зоне не выживают ни насекомые, ни бактерии, разлагающие плоть. Тела высыхают, мумифицируются, обрастают налётом серы. Растений на этом участке нет вообще — та же причина.
Почему весной.
Хроника гибели, которую с 1975 года ведут сотрудники заповедника и вулканологи, показала чёткую сезонность. Основная часть смертей приходится на конец весны и начало лета.
Механика простая. Зимой долина завалена снегом, и газ либо просачивается сквозь толщу, либо скапливается в пустотах под снежными мостами над ручьём. Когда начинается таяние, образуются проталины и ниши, куда накопленный газ выходит разом, — а над ними как раз висят снежные козырьки, замыкающие пространство. В это же время выходят из берлог голодные медведи, возвращаются перелётные птицы, оживают грызуны. Тот, кто первым зашёл в проталину, становится приманкой для остальных. К середине лета, когда снег сходит, склон продувается, и долина на время становится относительно безопасной. Затем всё повторяется.
За десятилетия наблюдений здесь зафиксирована гибель нескольких десятков медведей и сотен более мелких животных и птиц — счёт видов идёт на десятки. Именно эта статистика, а не одно случайное открытие, и закрепила за местом его имя.
Люди
Официально в Долине смерти не погиб ни один человек, и это не случайность, а результат режима. Участок закрыт для посещения; туристов туда не водят вовсе. Работают там только исследователи и инспекторы заповедника, и то в ветреную погоду, не задерживаясь и не спускаясь на дно распадка без нужды.
Описанных случаев недомогания у сотрудников хватает: головокружение, тошнота, слабость, головная боль — классическая картина отравления сероводородом и углекислотой в невысоких дозах. Первые исследователи выходили оттуда «с гудящей головой» и, как принято считать, наблюдали такую же реакцию у собак. Всё это укладывается в то, что мы знаем о концентрациях газа: у дна смертельно, на уровне человеческого роста — тяжело, но переносимо, если не медлить.
Не единственная в мире
Камчатская долина — не уникум, а один из нескольких известных на планете участков того же типа. Самый старый по описанию — Долина смерти, Death Gulch, в Йеллоустонском национальном парке: геолог Уолтер Уид описал её в 1888 году, обнаружив в узком ущелье у ручья Кэш-Крик семь мёртвых медведей и других зверей. Механизм тот же — углекислый газ и сероводород из вулканических трещин, застой воздуха в низине.
Есть подобные места на Яве, в районе плато Диенг, где вулканические газы выходят из-под земли рядом с деревнями, и там счёт идёт уже на человеческие жизни: в 1979 году извержение углекислоты из кратера Синила убило около полутора сотен человек. Печально знаменитое озеро Ньос в Камеруне в 1986 году выпустило облако углекислого газа, погубившее более 1700 человек в окрестных селениях. Долина на Камчатке отличается от них двумя вещами: изоляцией, благодаря которой она никого не убила из людей, и заметной долей сернистых соединений в газе — на этом основании вулканологи и считают её одной из самых опасных в мире.
